Судьба свела Джинни и Гилберта в тот момент, когда они отчаянно нуждались в помощи друг друга. Возлюбленный отверг Джинни, а сочувствие коллег больше походило на унизительную жалость. Чтобы отстоять свои честь и достоинство, Джинни обратилась к Гилберту с просьбой сопровождать ее на корпоративную вечеринку. Гилберт согласился и блестяще справился с отведенной ему ролью. А когда он попросил Джинни о небольшой услуге, она, преисполненная благодарности, не смогла ему отказать. 3а несколько дней они не только сблизились, но и полюбили друг друга. Однако объяснение в любви все время откладывается, поскольку обоих мучают подозрения, что чувство не взаимно…
На улицах Лондона царило предпраздничное оживление. Витрины магазинов были украшены разноцветными гирляндами, шарами всевозможных калибров, коробочками, упакованными в нарядную оберточную бумагу и перевязанными цветными ленточками. Обвешанные пакетами с подарками люди выходили из одного магазина и направлялись в другой, чтобы оттуда перейти в третий. Казалось, во всем городе не осталось ни одного человека, которого не охватила бы предпраздничная суета.
И все же такой человек был. Для Джинни Барроу Рождество обещало быть невеселым. Не так давно она рассорилась — или, вернее, рассталась — со своим другом Энтони Рочестером. Расстаться им было довольно сложно, Джинни и Энтони работали в одной рекламной фирме и виделись каждый день. Это действовало Джинни на нервы. У нее были все основания считать Энтони отпетым негодяем.
В последнее время их отношения стали довольно напряженными, и в конце концов Джинни решила начистоту поговорить с ним.
Энтони зашел за ней под конец рабочего дня, чтобы отвезти ее домой. Когда они переступили порог коттеджа, в котором жили Джинни и ее младшая сестра Кэтрин, Энтони вдруг стал страстно целовать ее. Его ласки показались Джинни на этот раз особенно дерзкими, и она начала вырываться из его крепких объятий.
— Не надо, Тони! — воскликнула Джинни, пытаясь остановить его.
Между ними никогда не было интимной близости, и неожиданный жесткий натиск испугал Джинни.
Энтони так внезапно выпустил ее из объятий, что она чуть не упала. Презрительная усмешка, заигравшая на его губах, заставила Джинни содрогнуться. Никогда еще она не видела подобного неприязненного высокомерного выражения на его лице. Энтони всегда тщательно скрывал свою истинную сущность, играя на ее чувствах. А теперь наконец он сбросил маску.
— Терпеть не могу недотрог, — заявил он. — Если бы не твоя фригидность, Джинни, может быть, я не завел бы себе другую подружку. Впрочем, пеняй на себя… Это ты во всем виновата.
Джинни, потеряв дар речи, смотрела на него круглыми от ужаса глазами. Впрочем, она подозревала, что в последнее время Энтони с кем-то встречался на стороне. По вечерам он где-то пропадал и уделял Джинни меньше внимания, чем прежде. Джинни чувствовала, что их отношения дали трещину.
Заметив, что она ошеломлена его словами, Энтони изогнул темную бровь и пренебрежительно хмыкнул.
— Ты огорчена? Не бойся, для тебя еще не все потеряно. Я согласен поддерживать с тобой отношения, если мы перейдем сейчас в твою спальню…
— Ты… ты… ты самовлюбленный мерзавец! — кипя от ярости, выкрикнула Джинни, но тут же осадила себя. Она должна испить эту чашу до дна и узнать, на какую низость способен ее друг, теперь уже несомненно бывший. — Хорошо, а если я соглашусь переспать с тобой, ты прекратишь отношения со своей новой пассией?
Наглая улыбка Энтони стала шире.
— Ты многого требуешь от меня, Джинни. Я не готов на такие жертвы.
Джинни была поражена его безграничной самоуверенностью.
— Так ты предлагаешь мне стать одной из любовниц в твоем гареме?
— Конечно нет, Джинни. — Энтони весело засмеялся. — Если все пойдет по плану, я скоро женюсь. Но это вовсе не повод для разрыва наших отношений. Если, конечно, ты выполнишь мои условия, — многозначительно добавил он.
Какой план? Какие условия? О чем он говорит? Мысли в голове Джинни путались.
— Что ты имеешь в виду, говоря об условиях, Тони? Ты требуешь, чтобы я стала твоей любовницей?
0н пожал плечами.
— Это можно назвать и так. Пойми, Джинни, если ты откажешься спать со мной, мне не будет никакого смысла в дальнейшем поддерживать с тобой отношения, — откровенно сказал он.
— Убирайся вон! — возмущенно крикнула Джинни и, чувствуя, что у нее подкашиваются колени, прислонилась к стене, чтобы не упасть.
— Не понимаю, Джинни, почему ты сердишься?
Энтони подошел к ней и хотел обнять, но Джинни отшатнулась от него.
— Немедленно убирайся вон, Тони! Я не шучу! — воскликнула она, вскинув голову. — Мне очень жаль ту женщину, на которой ты собрался жениться.
— Я был прав, ты фригидная, — презрительно промолвил он.
— Ты никогда не узнаешь об этом, — холодно заметила Джинни.
Он ухмыльнулся.
— Это и так ясно, Джинни. Ну хорошо. Я сделал тебе предложение. Ты отказалась. Прощай, дорогая! Нам больше не о чем говорить.
И Энтони ушел…
Все это было уже в прошлом. Но Джинни до сих пор помнила то глубокое унижение, которое испытала тогда.
— Дорогая, ты обязательно должна поехать на вечеринку!
Голос сестры вернул Джинни к действительности. Она стояла в дверном проеме, на ее красивом юном лице сияла ослепительная улыбка.
— И хотя я не добрая фея, я готова сделать все для того, чтобы ты встретила своего принца, — продолжала она.
Джинни внимательно взглянула на сестру. Она всегда считала Кэтрин легкомысленной, но в последнее время Кэтрин взяла в привычку приходить домой подшофе. Джинни, как старшую сестру, не могло не тревожить ее пристрастие к алкоголю. В конце концов их родители погибли именно из-за чрезмерного увлечения отца спиртным.
— Кэтрин, ты опять по пути с работы зашла в бар?