«Читать не надо!» Дубравки Угрешич — это смелая критика современной литературы. Книга состоит из критических эссе, больше похожих на увлекательные рассказы. В них автор блистательно разбивает литературные и околокультурные штампы, а также пытается разобраться с последствиями глобального триумфа Прагматизма. Сборник начинается с остроумной критики книгоиздательского дела, от которой Угрешич переходит к гораздо более серьезным темам — анализу людей и дня сегодняшнего. По мнению большинства критиков, это книга вряд ли смогла бы стать настолько поучительной, если бы не была столь увлекательной.Дубравка Угрешич родилась и училась в бывшей Югославии. В 1993 она покинула родину по политическим соображениям. Дубравка Угрешич награждена многими престижными премиями по литературе, среди которых премия Шарля Вейонна за эссеистику (Швейцария), премия Томаса Манна (Германия, 2000), Независимая премия за иностранную литературу (Великобритания) и др.(задняя сторона обложки)«Чарующая россыпь увлекательных историй и блистательных экспромтов. Это необходимо прочесть. Угрешич незабываема».Сьюзен Зонтаг, писатель и литературный критик«Подобно Набокову, Угрешич утверждает: наша способность помнить — это источник спасения нашей нравственности».Дусон Бэлебен, «Вашингтон пост»«Дубравка Угрешич — одна из немногих критиков современной культуры, обладающих даром видеть сверх очевидного и талантливо описывать происходящее. Ее искренность вдохновенна и в ней нет ни капли патетики».Кертис Уайт, писатель
Thank You for Not Reading
Эта книга родилась в результате внутренней борьбы двух творческих стремлений автора. Одно нашептывало: уважающий себя литератор не должен писать о том, что умные люди предпочитают не обсуждать. Второе толкало автора в обратном направлении: нельзя уважающему себя литератору слишком умничать. Этот антагонизм и предопределил многие свойства данной книги: название, стиль, интонацию и ритм.
Вот почему эта книга наполовину вымысел, а наполовину — может, чуть больше, — правда. В некоторых эссе я выступаю в роли восточноевропейской брюзги, огорошенного неутомимой активностью мирового книжного рынка; отсюда и цитаты из Иа, ярчайшего во всей литературе брюзги. Порой в эссе нет-нет да и прорвется тон «ученого литератора», хоть я и старалась этого избегать. В других читатель, возможно, уловит упомянутую борьбу двух намерений: стремления автора писать обо всем всерьез и одновременно боязни нагнать на читателя скуку. Однако всякий раз, когда мое незатейливое повествование чуть было не скатывалось в серьезность в соответствии с темой, на память приходили отрезвляющие слова одного моего студента. На вопрос, что такое хорошая книга, он без колебаний отвечал: «одним словом — блеск!» Не уверена, добилась ли я блеска в моей, но я, понятно, старалась не уронить себя в глазах собственного студента.
Книга не беспристрастна и вовсе к этому не стремится. Некоторые читатели, возможно, сочтут неуважительным мое нежелание прибегнуть к общепринятым академическим атрибутам (скажем, сноскам или точным библиографическим данным). Я прочла или, по крайней мере, перелистала несколько научных — а также не слишком научных — трудов, близких к моей теме. Одни были написаны уже давно, другие — в период моей работы над книгой, а иные, как, например, «Бизнес и книга»(77 гг
Каждый раз, оказываясь в Соединенных Штатах в качестве приглашенного профессора, я явственно вижу, что помимо шумной и видимой литературной жизни с ее суетой — об этом как раз моя книга, — существует менее видимая и негромкая университетская жизнь. Весной 2002 года я читала лекции на факультете славянских языков и литератур Гарвардского университета. Все мои студенты — и Джейкоб Эмери, и Ребекка Райх, и Мариэта Божович, и Ден Гилмор, и Катарин Хольт, и Анна Гессен, и Джейвид Элмер, и Стивен Сигел — оказались превосходными читателями и интерпретаторами литературных текстов. Жаль, что тогда эта книга была уже закончена: в ней стало бы меньше унылости и разочарования в будущем литературы. На самом деле у литературы будущее есть. Это мои студенты.
Хочу поблагодарить своего агента Лору Сузийн, а также издательство «Долки Аркайв-Пресс», где моя книга обрела, бесспорно, самый подходящий приют. Мне бы также хотелось поблагодарить своего редактора Чэда У.Поста за издательское предложение, самое стремительное и неприхотливое во всей моей литературной карьере. Едва я его получила, Дэмион Сирлз, фулбрайтовский стипендиат в Амстердаме, любезно предложил мне прочесть рукопись. Я чрезвычайно благодарна ему за мудрые замечания и в стилевом отношении, и по существу.
