Читатель предупрежден полностью

Мастерс протиснулся мимо Г. М. и нащупал выключатель. Грозди сияющих фруктов ярко вспыхнули по углам стеклянного потолка; а звон дождевых капель, стучащих по стеклу купола, был таким оглушающим, что приходилось повышать голос, иначе они бы просто не услышали друг друга. Но Сандерс испытал огромное облегчение оттого, что не увидел Пенника в плетеном кресле, которое стояло посреди субтропических растений. Г. М. подошел к неработающему фонтану в центре зеленого лабиринта.

– Ха! – воскликнул он.

– Что?

– Очень важный вопрос, сынок. Когда в воскресенье вечером ты увидел через стеклянную дверь Пенника и прибежал сюда, фонтан работал?

– Нет.

– Ты в этом уверен? – спросил Г. М., наставив на него указательный палец.

– Могу поклясться. Я запомнил, какая здесь была мертвая тишина. И помню, как проходил мимо фонтана. А в чем дело?

– Только, – мягко ответил Г. М., – в этом. Если все так, как ты говоришь, значит перед нами одна из самых важных улик в этом деле.

Мастерс быстро подошел к нему:

– Минуточку! Важная улика? Вы считаете, это как-то доказывает присутствие или отсутствие Пенника здесь той ночью? Или объясняет, как он вообще тут очутился? Что в этом фонтане такого особенного? Самый обычный садовый фонтан, качает по кругу два галлона воды. Я сам думал купить такой же.

– Хотите вы себе купить такой фонтан или нет, это, Мастерс, не важно. И мне плевать, как он работает! Суть не в этом. А теперь давайте посмотрим… – Г. М. окинул взглядом богато обставленную и украшенную позолотой гостиную. – Здесь есть еще двери? Ах да, одна, и она ведет на кухню, верно? Думаю, да. Но черной лестницы здесь нет. Так и запомним, никакой дополнительной лестницы.

Г. М. заглянул на кухню. Мастерс снова последовал за ним:

– Но…

– С одной стороны, – продолжал Г. М., быстро бормоча себе под нос и отмахиваясь от Мастерса, – спальня нашего покойного друга Сэма Констебля расположена прямо над столовой. Я помню, что миссис Констебль говорила мне об этом. Да. А еще я помню, что в его комнате есть балкон с каменной лестницей до земли. Мастерс, если вы не прекратите ходить за мной по пятам, я вас убью. Значит, из столовой можно незаметно подняться в ту спальню по лестнице и спуститься обратно. Если мы…

– Боже! – невольно воскликнул старший инспектор.

От неожиданности все подпрыгнули на месте, но причиной стала вовсе не яркая вспышка молнии, хотя она озарила зловещим ярким светом оранжерею и их бледные лица, так что на мгновение там стало светло как днем. Все дело было в оглушительном раскате грома, который начался с протяжного грохочущего звука, похожего на треск стекла на крыше, а затем разорвался оглушительной канонадой прямо над их головами. Купол задрожал, одна из маленьких стеклянных панелей действительно упала и разбилась, а сквозь образовавшееся отверстие в оранжерею хлынул дождь. Все произошло в считаные доли секунды. А их лица показались такими белыми в свете молнии, потому что в эту секунду весь остальной свет в доме погас.

– Этого еще не хватало! – раздался из темноты голос Г. М.

– Ничего страшного, – успокоил его голос суперинтенданта Белчера. – У меня есть электрический фонарик. Как думаете, что произошло? Оборвало провода или выбило предохранители?

Мастерс не разделял его оптимизма. После удара молнии стены все еще дрожали, а тьма стала просто кромешный. Он ответил громко, чтобы перекричать дождь:

– Я думаю, провода. В этом месте столько электроприборов, что наверняка установлены отдельные предохранители на каждые две-три комнаты, и невозможно разом отключить весь дом, если только…

– Распределительный щит, – сказал вдруг Г. М.

– Что, сэр?

– Я говорю, распределительный щит. Мастерс, когда вы обыскивали дом, в распределительный щит заглядывали?

– Нет, а зачем? Я уверен, что его не трогали после смерти миссис Констебль…

– Не думаю, что он как-то связан со смертями. Я полагаю, что, – прозвучал из темноты голос Г. М., – это прекрасное место, где можно спрятать плоскую книгу в восемнадцать дюймов высотой и десять шириной. – После паузы он добавил: – Так где этот щит?

– По правде говоря, он находится в шкафу в комнате миссис Констебль, – ответил Мастерс. – Пойдемте туда.

Луч фонаря суперинтенданта освещал им дорогу. В опустевшей спальне у стены напротив кровати стоял большой платяной шкаф с раздвижными дверями. Внутри над верхней полкой висел выкрашенный черной краской распределительный щит, крышка которого была привинчена двумя небольшими шурупами. Ящик был достаточно крупного размера: около двух футов высотой и в полтора глубиной. Мастерс встал на стул и осторожно отвинтил шурупы. Как только крышка отошла, высокий тонкий альбом в черной с позолотой обложке шлепнул его по лицу и со стуком упал на крышку.

– Так вот где он все это время находился! – прорычал Мастерс.