Он, конечно, вилять. Плел чего-то, плел, – что это не иностранный капитал, а наш собственный «нот», да и на нашу же общую пользу… А мы одно – не хотим! Мастера вызвали, а тот только моргает…
Ну, думаем, крышка! И верно – Семена за бузу в другой цех перевели, мастера сместили. А мы как опущенные ходим, – какая уж тут работа! Думаем – придут эти самые человечки, так мы их теперь распространим… Да… Вот какие дела-случаи… Ты спрашиваешь, как же кончилось? Ясно! Пролетариат, как всегда, победил и на этот раз, с тех пор мы об ноте и слыхом не слышим, да… А ты что думал? Разве иначе можно? Силища-то у рабочего класса – во! Справимся!..
С тех пор, как Пантелеева выбрали председателем уисполкома, Петька Вихлюшкин таким сделался – не подступи! Чуть что:
– Поеду к председателю!
– Ну?
– Вот те и ну! Да мы с ним в Питере за одним станком работали! Самый первый друг, можно сказать. «Не пей, – говорит, – ханжу – ослепнешь!» Это он мне говорит!
– Голова, небось!
– Голова! «Петька, говорит, друг, – он меня всегда другом величал, – завтра меня ловить придут – я у тебя ночую». Вот какие дела!..
И Петька голову вверх.
Такая про Петьку слава пошла – небось, и самому Пантелееву такой славы вовек не добиться!
Тягались в то время Брякушинские мужики с Визгалинскими из-за клина. Присудили в пользу Брякушинских – а те на своем стоят. Дошли до уездного исполкома.
Ездили Брякушинские в исполком, три дня канителились, и ничего не вышло.
– Оно, конечно, добились бы, да не знаешь, к кому обратиться!
– Рука нужна! Без руки в городу не обойдешься!
– То-то же рука!
И решили обратиться к Петьке:
– Выручай! ты там свой человек – а как жена у тебя с нашей деревни – значит, нам свойственник… Расходы, что нужно, заплатим…
Петька, не долго думая, согласился:
«Поеду на мирской счет, да и с приятелем увижусь»…
В город приехал – прямо в исполком.
– Где председатель?
– Вы по какому делу?
«Дай, думает, скажу, что свой человек»…
– Знакомый я… Он меня знает…
Посмотрели на него подозрительно:
– Знакомым вовсе не велено… в расписании нет…
– В каком расписании?
– А вот – смотрите!
На стене и расписание висит.
– Сегодня что? Понедельник? Ну так вот – сейчас 10 часов, он секретаря принимает до одиннадцати, от 11 до 11½ – отдел управления, от 11½ до 12 – упродкомиссара…
– А частных лиц когда?
– Частные посетители с двух до трех… Только это которые по делу, а вы без дела, видимо..
– Как без дела?
Дождался двух часов. Очередь. Записался, прождал свое время – и, наконец, впустили.
Пантелеев Петьку сразу узнал.
– Петя, друг! Тебя ли вижу!
«Ну, дело сделано, – думает Петька, – узнал!»
– Мне с тобой поговорить хочется!.. Погоди минутку!
Петька присел.
– Ты посиди, а я отпущу всех, мы поговорим по душам…
– Да я с делом к тебе…
– Дело пустяки! Коли правильное – устрою! Совсем утешил. Петька сидит и ждет. Одного просителя принял, другого…
Потом вдруг засуетился:
– Три часа! Извини, Петя, – мне сейчас на заседание… От трех до пяти – ком-ячейка… А в пять часов приходи в нашу столовую – за обедом и переговорим…
Пошел в столовую – ждет. Вот уже пять часов. Десять минут шестого. Четверть шестого.
– Не придет!
Двадцать минут шестого. Пантелеев прибежал:
– Затянулось заседание… А в половине шестого у меня президиум… Знаешь что – зайди ко мне на квартиру…
– Когда же?
Пантелеев вынул расписание:
– До восьми – президиуму от восьми до десяти – продсовещание. Значит, в десять приходи.
Петька пришёл, в десять. Его впустили, усадили в кресло – сидит и ждет.
Ждал полчаса, час, два…
«Не уйти ли?»
В час ночи пришел Пантелеев. Глаза осоловевшие, лицо измятое – и будто ничего не видит. Посмотрел на Петьку – и не то не узнал; не, то не увидал – упал на диван и заснул.
Два дня пытался Петька опять попасть к Пантелееву, и виделся даже с ним, да никак переговорить не удавалось.
– Виноват, говорит, у меня по, расписанию… Приходи в четверг, в девять…
Пришел.
– Дома?
– Дома!
Вот наконец! И действительно: Пантелеев лежал на диване и читал анкету партийным работникам.
– Минуточку – я сейчас анкету заполню, и мы поговорим…
Через полчаса:
– Еще минутку… К завтрашнему митингу речь надо приготовить.
Половина одиннадцатого. Пантелеев посмотрел на часы:
– У нас полчаса есть… Рассказывай!.. Как живешь?
Петька подумал:
«Надо прямо к делу!»
И сразу начал:
– Вот так и так, судилась наша деревня…
До половины не дошел – звонок:
– Алло!.
– Сейчас!
Пантелеев положил трубку:
– Знаешь, что – зайди завтра утром – мы поговорим… Меня экстренно в райком вызывают…
Петька вздохнул и вышел от Пантелеева.
«Ничего тут не добиться, – рассуждал он. – Ишь работы-то сколько! Голова!..»
А на другое утро пошел в земотдел, как и полагается… выбрал делопроизводителя, который посимпатичнее, сговорился с ним, – и так как его дело совсем было правильное, получил нужное распоряжение…
– Зайти к Пантелееву? Ну да не стоит – все равно не добьешься – совсем заморили человека…
И уехал, не повидавшись с товарищем.
Приехал Петька в субботу. Мужики встречают:
– Ну что?
– Обделал все… Не беспокойтесь…
И бумагу подает. Видят – готово.
– Только расходы мне.
