Такое заглавие дал некий испанский драматург этой истории, которую он переделал в трагедию. В мои намерения совершенно не входит заимствовать какую-либо из прикрас, с помощью которых фантазия драматурга-испанца пыталась расцветить это мрачное изображение монастырской жизни; некоторые из его вымыслов действительно усиливают интерес, но, верный своему желанию показать простодушных и обуреваемых сильными страстями людей XVI века, от которых ведет начало современная цивилизация, я привожу эту историю без всяких прикрас, в том виде, в каком с помощью некоторой протекции ее можно прочитать в архивах ..... епископства, где находятся все подлинные документы и любопытный рассказ графа Буондельмонте.
В одном из городов Тосканы, называть который я не хочу, был в 1589 году и существует еще поныне мрачный и величественный монастырь. Его темные стены, высотой по меньшей мере в пятьдесят футов, наводят уныние на весь квартал; эти стены выходят на три улицы, а с четвертой стороны тянется монастырский сад, простирающийся до крепостных валов города. Сад обнесен менее высокой стеной. В это аббатство — назовем его аббатством Санта-Рипарата — принимаются девушки только самого знатного происхождения. 20 октября 1587 года в аббатстве звонили во все колокола; церковь, открытая для всех верующих, была убрана великолепными узорчатыми шелками красного цвета, украшенными пышной золотой бахромой. Возлюбленная нового великого герцога Тосканского Фердинанда. I, благочестивая сестра Виргилия накануне вечером была назначена аббатисой Санта-Рипарата, и местный епископ со всем его клиром должен был возвести ее в этот сан. Весь город был в волнении, а на улицах, прилегающих к Санта-Рипарата, теснилось такое множество народа, что невозможно было пройти.
Кардиналу Фердинанду Медичи, только что наследовавшему власть после своего брата, герцога Тосканского Франческо, но не отказавшемуся ради этого от кардинальского сана, минуло тридцать шесть лет; он был уже двадцать пять лет кардиналом, так как его облекли в этот высокий сан одиннадцати лет от роду. Правление Франческо, известного еще в наше время его любовью к Бьянке Капелло, было отмечено всеми безумствами, какие жажда развлечений может внушать государю, не отличающемуся силой воли. Фердинанд, в свою очередь, выказывал кое-какие слабости, вроде тех, что были у его брата; нежные отношения Фердинанда и сестры ордена облатов Виргилии были широко известны в Тоскане, но, надо сказать, больше всего их целомудрием. В то время как великий герцог Франческо, мрачный, необузданный и увлекаемый своими страстями, мало заботился о том возмущении, какое вызывала его любовная связь, в стране только и было разговоров, что о высокой добродетели сестры Виргилии. Так как устав ордена облатов, к которому она принадлежала, позволял монахиням проводить около двух третей года в родительском доме, она ежедневно виделась с кардиналом Медичи, когда тот бывал во Флоренции. Два обстоятельства в любовных делах молодого богатого герцога, которому благодаря примеру брата все было дозволено, вызывали удивление этого любящего наслаждения города: сестра Виргилия, тихая, застенчивая и обладавшая более чем заурядным умом, не блистала красотой, и молодой кардинал ни разу не виделся с нею иначе, как в присутствии двух или трех женщин, находившихся в дружбе с благородным семейством Респуччо, к которому принадлежала эта странная возлюбленная молодого принца крови.
Великий герцог Франческо умер 19 октября 1587 года, под вечер. 20 октября, до полудня, знатнейшие вельможи его двора и самые богатые купцы (ибо надо помнить, что Медичи были по происхождению всего лишь купцами; их родственники и наиболее влиятельные при дворе лица все еще занимались торговлей, благодаря чему эти царедворцы были не такими уж бесполезными, как вельможи при нынешних дворах) направились в скромный дом сестры Виргилии, весьма удивленной таким стечением посетителей.
Новый великий герцог Фердинанд хотел проявить мудрость и благоразумие, способствовать счастью своих подданных и, главное, искоренить при дворе интриги. Принимая бразды правления, он обнаружил, что в самом богатом женском аббатстве его герцогства, служившем убежищем всем знатным девушкам, которых родители желали принести в жертву блеску своей семьи, и названном нами аббатством Санта-Рипарата, не замещена должность аббатисы; Фердинанд, не колеблясь, назначил на эту должность любимую им женщину.
