Но, уж если нет в наличии писателя или человека в равной степени наделенного талантом общения с группой детей, подойдет и другой мужчина. Пусть он выберет в рассказе наиболее близкое ему, интересное место, к примеру, «носят ли милиционеры в кобуре соленые огурцы?» и, по команде ведущего, расскажет собравшимся о своем, профессиональном видении вопроса. Общее обсуждение от такой живой беседы только выигрывает, а детям запоминается надолго, и, конечно же, стимулирует интерес к чтению, ради чего, собственно мы и затеваем подобные мастерские.
Читаем следующий отрывок:
«– Нет, не правильно, – торжествующе сказал я. – Ты ее наоборот посадила!
– Как это? – опешила Маруся Ивановна.
– А вот, – я вынул мокрую луковицу из банки и показал ей на беленькие волосы, с которых стекала вода. – Головой вниз. Отсюда лук-то растет!
– Ладно, – вдруг спокойно сказала Маруся Ивановна. – Может, и правда… Только ты это – унеси ее в свою комнату, спрячь куда-нибудь, чтоб мать не видела. Прорастет – с меня рубль.
– Рубль? – изумился я.
– Угу, – кивнула Маруся Ивановна. И начала разогревать борщ.
…Каждое утро я бросался к своей банке, задвинутой в угол подоконника, теребил белые отростки на голове своего Чиполлино, менял старую воду – на свежую, передвигал ближе к солнцу… А на кухне у Маруси Ивановны уже через три дня из стеклянных банок победно выстрелили нежно-зелёные побеги и весело торчали на окне. Маруся Ивановна бережно отрывала по одной стрелочке, макала в соль и с аппетитным хрустом жевала.
– Ну, как, – добродушно спрашивала меня Маруся Ивановна каждый день, – не пророс еще?
Я молча закрывался в своей комнате.
Однажды вечером в мою комнату зашла мама с тряпкой в руках. Она стала вытирать от пыли мой стол и вдруг заметила позорную банку.
– Ой!..»
Внимание, вопросы:
• Почему спорщики решили не дожидаться мамы – судьи?
• Прочтите еще раз отрывок, в котором мальчик полностью уверен в своей правоте.
• Есть ли хоть крошечные сомнения в этом?
• Кто из читателей уверен, что спор благополучно разрешится? Кто сомневается?
Заключительная часть
Любая игра, в том числе с аналитическим подтекстом, лучше запоминается, если имеет жизнеутверждающее практическое заключение, вывод.
Заключительный отрывок произведения выдается каждому участнику, сопровождается чтением вслух желающими. Вот он:
«– Ой! – расхохоталась она. – Мичурин! Что ж ты ее головой вниз посадил?
… Я заплакал, побежал на кухню, сорвал все-все побеги с Маруси-Ивановны луковых банок и выкинул их в помойное ведро.
Больше я с Марусей Ивановной не спорил.
Но странное дело – очень скоро, вместо того, чтобы примириться со мной, Маруся Ивановна почти перестала заниматься моим воспитанием. Она разогревала обед и шла к себе на первый этаж, равнодушно дав мне необходимые наставления. Жизнь без споров была для нее пресной и скучной.
