Как же мне теперь на глаза знакомым показаться? Я же со стыда сгорю! Корнелиус с верным учеником Римейном, наверное, уже догадались кто накосячил в доме Антигры, и поэтому подчистили за мной. Интересно почему? Жалко им меня стало? Или потому что я – последний альфа? Или решили, что я сбрендила порядком и мне лечиться пора? Геи же на Паллейне не водились до моего появления здесь. Из-за меня появились непонятные заскоки, нехорошие подозрения и всё такое.
Впрочем, по любому король не угомониться, будет разыскивать ненормальных телепортистов. Принца эльфийского королю Эндрю не достать. Его не опознали, да и постоянное место жительства у парня в другом государстве. А я тут, поблизости. Лови – не хочу! Вот, что за судьба моя попаданская от слова попа! Сначала ловили меня, как оголтелого меморида. Только с этой проблемой разобралась, продолжат разыскивать, как сумасшедшего телепортиста.
А если они принудительно попытаются память мою прочитать? То всё, мне каюк, хана по-русски, трындец и полный чубайс в одном флаконе. Короче, теперь в город не ногой. Веду себя тише воды, ниже травы. На все вопросы отвечаю: «Не помню, выпил лишнего!».
Не-е, не подойдёт отговорка. У меня алиби с Сандрой, вот этой версии и буду придерживаться. В общем: «Ничего не знаю, принца не имел, к сексуальной битве с ним не привлекался!». С остальным как-нибудь разберусь. На лицо морок наведу, чтобы не видно было, как краснею от стыда. Переживу, главное сейчас по глупости не признаться и с дражайшими преподами поменьше общаться. Особенно с Корнелиусом.
А как он целуется, шельмец! Вот снова не в ту степь мысли понесло. Надо во время урока медитации змейке по темечку хорошо настучать. Уверена она ко всему этому свой хвостик приложила, гадина такая! Пусть знает, как нормальных парней с пути истинного сбивать!
Меня мысленно понесло. Напряжение, державшее меня в своих жёстких тисках, наконец, спало и вылилось в иронично-издевательский диалог с самой собой. Интуиция подсказывала, что основные мои неприятности уже позади. Преподы, подозревая во мне зачинщика, особо наседать на меня не станут, и даже помогут разобраться с последствиями. У них ведь на альфу в моём лице, какие-то свои, особые планы.
Инэль
Моя задумка, провести второй выходной день в относительно спокойной обстановке, накрылась медным тазом. Меня срочно вызвали во дворец правителя. Мой неугомонный братец - наследный принц Златосердэммануэль возжелал меня видеть без какого-либо промедления.
Я переоделся в нежно голубой костюм с вышивкой, соответствующий дворцовым обычаям. Городским телепортом переместился в эльфийскую столицу – Сейнлас. И затем своим ходом к тайным воротам королевского двора. В сопровождении охраны добрался до дворца брата. Стражники раскланялись и оставили меня одного. Воспользовавшись одним из тайных ходов, дошёл до покоев братца без лишних свидетелей. Видеть никого не хотелось.
Капельку приоткрыв небольшую дверку в стене, я посмотрел сквозь щель: гостиная братца пустовала. Проскользнул в комнату, аккуратно закрыв за собой проход. Об этом ходе брат вроде бы ещё не знал. Я обнаружил его случайно, когда разыскивал тайные ходы к своим покоям по старым, пыльным чертежам дворца.
Послал братцу магического вестника оповестить о моём приходе. Присел в широкое, мягкое кресло, обитое бежево-розоватой тканью, оглядывая гостиную. За год, что меня здесь не было обстановка в комнате практически не изменилась. Всё тот же розоватый ковёр, кремовые тяжёлые портьеры на окнах, большой и очень мягкий диван с бежевой обивкой и пара похожих кресел, установленных вокруг деревянного столика из лозы. Столик братец сплёл собственноручно.
При первом взгляде на эту гостиную, изобилующую изящными статуэтками, милыми вышитыми диванными подушечками и прочими мелкими деталями интерьера, создавалось впечатление, что здесь обитает нежная девица подросткового возраста, но никак не наследный принц эльфийского престола. Я, конечно, знал, зачем братец обустроил свою гостиную именно таким образом. Он желал выглядеть утончённым и мягким в глазах окружающих.
Его тайный рабочий кабинет, скрытый за стеной этой гостиной, разительно отличается от неё и цветовой гаммой, и обстановкой. Там чувствуется, что Эммануэль, как величают его лебезя многие придворные, вовсе не неженка и размазня, а требовательный и властный будущий хозяин эльфийского народа. Эльфы, посвящённые в эту тайну, называют братца не иначе, как Дэмман. Я же единственный обращаюсь к нему по-братски - Дэм.
Братец появляться в гостиной не спешил. Торопить его ещё одним вестником, я тоже не собирался, не дурак. Пробираясь по тайному ходу, я подслушал разговор двух придворных дам. Клуши сетовали, что братец вот уже вторые сутки не покидает спальни. Он по очереди призвал к себе всех своих настоящих и бывших фавориток. Только одна Марисаниэль осталась - сбежала из дворца, когда услышала про разыгравшийся темперамент бывшего возлюбленного.
