Дариа
Никогда ещё в общественных местах я не ощущала себя настолько комфортно. Не читала чужих эмоций, не слышала мыслей, а лишь чарующую музыку и комплименты моих сногсшибательных мужей. Конечно, я знала, что примерно обо мне думают все эти нарядные и с виду утончённые гости бала. Насколько сильно они осуждают женщину, посмевшую прибрать к рукам сразу двенадцать влиятельных мужчин Паллейна. Причём в сугубо патриархальном обществе. В общем, гости вряд ли думали или говорили обо мне что-то доброе и хорошее.
Меня мало волновало их мнение. Я уже сделала свой выбор, определилась, как и с кем буду жить дальше. Вероятно, на меня умиротворяюще повлияли активные занятия любовью, накануне праздника. Сексуальная удовлетворённость делает людей более лояльными к внешним невзгодам и потрясениям. Избыток гормона счастья прячет чёрные краски и некрасивые стороны жизни.
Меня безмерно умиляло стремление моих мужчин уберечь меня от любых переживаний. Они смотрели только на меня. Говорили всевозможные комплименты. Ласкали взглядами, одаривали счастливыми улыбками. «Вот уж никогда не думала, что окажусь в эпицентре внимания самых красивых мужчин Паллейна!» Меня распирала гордость за них и капельку за себя любимую.
Дариан пригласил меня на первый танец. Высокий, умопомрачительно красивый блондин с ярко-голубыми глазами. Как он вёл в танце, какие приятные глупости говорил. Шутил и улыбался только мне. Намекал на будущие жаркие ночи. Его сменил Эммануэль, такой же высокий, яркий, общительный и внимательный. Затем со мной танцевал Ассила — рыжий, властный древний дракон. От его взглядов мурашки бегали по телу, а сердце то и дело пряталось в пятки. Говорить с драконом о дочерях я не стала, решила отложить разговор до более подходящего случая.
Мужья сменяли один другого. Если я уставала танцевать, Корнелиус снимал магией мою усталость. Я веселилась, улыбалась и, наконец, осознала, какое счастье подарила мне энергия Кундалини — любовь самых потрясающих мужчин на свете. «Мужья будут любить только меня, холить и лелеять. Их глаза никогда не будут заинтересованно рассматривать других женщин. Для них не существует других. Они не предадут меня ни мыслями, ни действиями, и никогда не разлюбят. Эгоистично? Безумно? Да, да, да и ещё раз да! Но как же это чудесно!»
Многие мужчины получают верность и преданность своих женщин просто так, из любви, и не ценят этого. Легко предают любимых похотливыми взглядами, дурными мыслями, изменами по дороге на работу, в офисах, магазинах, клубах, провожая детей в школу и детсады. Я подмечала это несчётное количество раз. Мне было больно до тошноты, когда женатые мужчины, одетые, накормленные, ухоженные своими жёнами, постаревшими от нескончаемых домашних дел, говорили о них с презрением: «А моя-то кошёлка, старуха, кляча…»
В моей жизни такого не будет. Я уверена в этом, сейчас на заре своей новой необычной, яркой и чувственной семейной жизни. Магия меморида и энергия Кундалини уберегут меня от подобного.
Станцевав двенадцать танцев, я посчитала свои приятнейшие супружеские обязанности выполненными, и решила передохнуть. Присела в кресло. Возле меня полукругом, в два ряда разместились мужья. Почувствовала себя этаким шахом в юбке, которого постоянно балует вниманием целый гарем обаятельных лиц противоположенного пола.
Я даже немного посочувствовала женщинам, прожигавшим меня недовольными взглядами. Они находились в противоположенной ситуации. Сидели в креслах за спиной мужа, и ждали своей очереди, чтобы потанцевать с ним. Другие мужчины приглашали либо своих жён, либо незамужних девушек. Молодые неженатые парни для танцев тоже выбирали юных свободных прелестниц. Поэтому дамы могли потанцевать только со своим единственным и неповторимым мужем.
«На любом празднике у меня всегда будет хороший выбор из кавалеров — драконы, эльфы, дроу, вампир, оборотень и даже безумная редкость — альфа», — про себя посмеивалась я над ситуацией в целом.
«Дариа, поди ты ш-ш-шах, с-с-с с-с-серьгой в уш-ш-шах?! — услышала я шипение Кундалини в своих мыслях
«Ага, замужняя султанша благодаря тебе!», — усмехнулась я, стараясь замаскировать своё беспокойство.
Внезапное появление змеи могло привести к какому-нибудь общественному казусу. Прислушалась к себе, нет ли волнения энергии Кундалини. Присмотрелась, не светится ли кожа фиолетовыми искорками, не возбудились ли одновременно все мои темпераментные мужья. Ничего такого не случилось, но некоторые гости в зале застыли на минуту с остекленевшим взглядом, а потом продолжили танцевать будто деревянные.
«Кундалини, это твои проделки?» — сердито спросила я у своей затейницы змеи.
«Мои конечно!» — хихикая, ответила змея.
«Признавайся, что натворила?!» — попросила я более спокойно, ведь в общем-то никто не пострадал.
«Да так, свечку некоторым подержала!» — уже весьма подозрительно ухохатываясь, выдала змея.
«Не поняла», — сказала ей я, предчувствуя огромную подставу.
