Наставник на мгновение поджал губы, а потом кивнул собственным мыслям.
- Он составил для себя сценарий, которого сам себя обязал придерживаться. Кому может доверять человек в бреду преследования? Только самому себе, да и то с оговорками. Это срабатывало не всегда, но от самых больших неприятностей Абсалон себя всё-таки подстраховал.
- В чём заключался его план? – допытывался Хьёлас. Мастер Нэвиктус прав, ему придётся что-то придумать, чтобы в следующий раз не переживать всех этих ужасных сомнений. Но что?
- Абсалон составил список людей, которым он доверял на сто процентов. Причём не только в том, что они не желают ему зла, но и в способности этих людей правильно оценить ситуацию и не допустить критическую ошибку. И когда он понимал, что теряет контроль над ситуацией, он приходил к кому-нибудь из этого списка и просил о помощи.
- Хм, - не удержался Хьёлас, - но ведь я сделал примерно то же самое. Я отправил нунция вам.
Мастер Нэвиктус одобрительно кивнул.
- Да, тут ты сдюжил с самим собой. Но давай начистоту, ладно? Ты ведь и во мне тоже сомневался. Поэтому и тянул до вечера, прежде чем последовать моему совету.
Хьёласу стало ужасно стыдно, и он сказал, как будто признание могло уменьшить его вину:
- Я отправлял запрос нотариусу и в банк.
Мастер Нэвиктус удивлённо поднял брови, но потом задумчиво кивнул.
- Это был закономерный ход. Ты молодец, старался не терять голову… но поверь мне, в следующий раз будет не легче, будет тяжелее.
Хьёлас задумчиво нахмурился и закусил губу, сосредотачиваясь. Если он сейчас примет решение в любой ситуации доверять мастеру Нэвиктусу – сможет ли он придерживаться этого решения? Сейчас, по здравому рассуждению, он не мог вообразить человека, более достойного доверия. Никогда, ни при каких обстоятельствах Нэвиктус Хоггарт не сделает ничего против интересов Хьёласа или его семьи. Но будет ли эта идея столь же правдоподобной потом, когда весь мир будет казаться враждебным и небезопасным?
Хьёлас вздохнул. Не хотелось думать об этом. Ну где гарантии, что это ещё когда-нибудь произойдёт? Вполне может быть, что дальше у него не будет таких стрессов. Он отказался от боевой магии, Кидо Брун больше не появится в его жизни… учись себе в школе и радуйся! Но Хьёлас понимал, что глупо избегать неприятных мыслей сейчас, когда с ними ещё можно справиться.
- Хочешь совет? – предложил мастер Нэвиктус.
Хьёлас медленно кивнул, продолжая напряжённо размышлять. Чем больше полезных советов даст ему наставник сейчас, тем сложнее будет довериться ему потом. Хьёлас помнил собственную нездоровую логику: что, если все эти советы призваны запудрить ему мозги?
- Тебе нужны люди, для которых ценны твои жизнь и здоровье, и которые ни при каких обстоятельствах не получат никакой выгоды от твоей беспомощности или смерти.
- Где я таких возьму? – фыркнул Хьёлас. – Никому нет никакого дела…
Он оборвался на полуслове, поскольку наставник осторожно поднял ладонь.
- То, что с тобой недавно произошло, подарило тебе как минимум полдюжины таких людей, - сказал мастер Нэвиктус. – Целители обычно неравнодушны к тем, кому спасли жизнь и здоровье, особенно когда речь о таком редком, на грани правдоподобного, случае. Можешь мне поверить – каждый из них будет рассказывать об этом инциденте своим коллегам и ученикам. И теперь каждый из них будет желать, чтобы ты оставался живым и здоровым как можно дольше, они будут искренне огорчены, если с тобой приключится какая-нибудь глупость вроде параноидального срыва.
Хьёлас задумчиво покивал. Почему-то он никогда не рассуждал о работе целителей в таком ключе. А если ещё вспомнить, что у них довольно строгая профессиональная этика…
- Да, они, возможно, подходят. Правда, я помню только Юго Моджа и Лето Тару… но имена остальных при необходимости тоже восстановлю.
Мастер Нэвиктус одобрительно кивнул и добавил:
- Не знаю, как тебе это сейчас понравится, но… кроме целителей у тебя есть ещё один очень надёжный союзник. Намного более надёжный, я бы сказал, но в то же время… несколько противоречивый. В том смысле, что я не уверен, что ты сможешь с ним поладить в других обстоятельствах.
- Кого вы имеете в виду?
- Мастер Озак Хенк, - сказал наставник после недолгой паузы. – Не спеши возражать, выслушай! То плетение, которое он к тебе применил, крайне рискованное. Оно может удержать умирающего человека на грани жизни и смерти, оно позволяет одному человеку делиться магией с другим. Но для этого требуется частично подвязать собсвтвенное ядро к магии пострадавшего – как на основном, так и на лёгком, и на тяжёлом уровне. Понимаешь, что это значит?
- М-м… если удержать не удастся, то…
- Тот, кто сплёл это заклинание, тоже может умереть. Поэтому обычно, когда его используют, «привязки» делают слабыми, чтобы в случае чего быстро их отпустить. Но вот в чём дело: чем слабее связи, тем меньше передаётся силы, тем менее эффективно плетение.
- Мастер Хенк удерживал… очень хорошо, - задумчиво сказал Хьёлас. Только сейчас до него начало доходить, что именно сделал для него нелюбимый преподаватель. – Зачем он так рисковал?
