— Вспомни о манерах, Финн. Это игрушки Уэстона, ты не можешь говорить ему, кем будешь играть. Нужно сначала спросить.
Его щеки покраснели от смущения.
— Извини, — пробормотал он Уэстону, но тот покачал головой.
— Не стоит, все нормально. В любом случае, Капитан Америка лучший.
— Вот и хорошо, Финн, марш в душ, — велела я, а потом повернулась к Уэстону. — Можешь сбегать домой и предупредить маму, что мы будем через полчаса?
Он энергично кивнул.
— Без проблем, скоро увидимся, Финн, — а затем выбежал через заднюю раздвижную дверь.
Я подошла к двери, проверить, что он благополучно вернулся в свой двор, и увидела соединяющую наши участки калитку, которую не заметила раньше. Очень удобно для мальчишек.
Финн вышел из душа и отправился на поиски чистой одежды.
— Тори, где моя одежда?
Я как раз просматривала коробки с одеждой.
— Дай мне минутку, приятель, сейчас посмотрю, — ответила я, и мой взгляд остановился на коробке с надписью «Шмотки Финна», написанную его подчерком.
Смеясь, я подняла коробку и отнесла в его комнату.
— Нашла твои
Он улыбнулся.
— Звучит круче, чем одежда, — сказал он, пожимая плечами, когда я поставила коробку возле его кровати.
— Я застелю тебе постель, когда вернемся, — сказала я через плечо и вышла из комнаты искать свою одежду.
Двадцать минут спустя мы стояли на крыльце Веры в чистой одежде, и я прихватила бутылку вина, найденную при распаковке кухонной утвари. Вино же не будет лишним, правда?
ГЛАВА 4
— Она очень симпатичная! — сказал Уэстон, когда мальчишки уселись перекусить за кухонный стол.
— Кто симпатичная? — спросила я, доставая хлеб и начинку для бутербродов.
По пятницам Вера работала до пяти тридцати, поэтому Уэстон начал зависать после уроков у нас, а не оставался в школе. Я заставляла мальчиков перекусить до ужина, а потом они вместе делали домашку, прежде чем накинуться на Xbox
Финн сильно покраснел.
— Никто, — пробормотал он.
Мои глаза загорелись. Неужели он влюбился? В последнее время он ничего мне не рассказывал о девочках.
— У тебя новая подруга? — поддразнила я.
— Мама! — застонал он.
Уэстон рассмеялся.
— Кэрри Тейт сегодня пригласила Финна на свидание.
— О, правда? — сказала я, заканчивая делать бутерброды. — И что ты ответил? — спросила я Финна, и когда он промолчал, придержала тарелку с бутербродом. — Скажи мне, иначе я съем этот восхитительный бутерброд.
— Я отказался, — проворчал он.
Я передала ему тарелку и стала наблюдать, как он ерзает, уставившись на стол перед собой.
— Почему ты отказался?
Финн бросил на Уэстона взгляд, который я прекрасно знала.
— Выкладывай! — потребовала я.
Он покачал головой, пристально уставившись на Уэстона, но тот проигнорировал его.
— Он запал на Келли Киммонс.
— Разве ты не говорил, что Келли четырнадцать? — ахнула я, искренне потрясенная.
Оба мальчишки пожали плечами.
— И что? — озвучил Уэстон то, о чем они оба думали.
Я сморщила нос.
— Но, ребята, вам всего по двенадцать. Разве вас это не смущает? Она, как бы, старше вас.
Мальчики фыркнули, засмеявшись, и кусочки листьев салата выпали из их еще полных ртов.
— Это всего лишь значит, что у нее большие сиськи, — сказал Финн, отсмеявшись и, очевидно, преодолев смущение в этом вопросе.
Я прикрыла ладонями уши.
— Фу-у-у! — закричала я, а они снова засмеялись, подхватили школьные сумки и пошли делать домашнюю работу. Я вздрогнула. Разве в двенадцать не слишком рано обращать внимание на чьи-то сиськи?
Я, конечно, понимала, что они скоро обратят внимание на девочек, но чтобы в двенадцать? Я думала, у меня есть еще, как минимум, года два, прежде чем придется об этом беспокоиться. Я прибралась на кухне, пока переваривала эту мысль. Это значит, что у нас должен состояться
Позже в тот вечер, когда Вера вернулась домой с работы, я решила, что мне не повредит крошечный родительский совет.
Дождавшись, когда мальчишки уйдут в гостиную играть в новую игру, которую я раздобыла для Xbox Финна, я подняла эту тему с Верой.
— У тебя уже состоялся
Вера перестала намыливать тарелку и посмотрела на меня.
—
Я кивнула.
— Ага,
Она медленно сполоснула с тарелок пену и загрузила их в сушилку к другой посуде. Вытерла руки, подошла к шкафчику, в котором хранила бокалы, и достала два, а затем наполнила их до краев. Я молча наблюдала за ее манипуляциями, ожидая объяснений.
Закончив, она обернулась ко мне и протянула бокал.
— Думаю, для обсуждения столь щекотливой темы, это пригодится, — сказала она, указывая на два наполненных вином бокала. — И, наверное, лучше говорить подальше от любопытных носов мальчиков.
Я поспорила с последним утверждением.
— Они так поглощены новой игрой, что мы можем обсуждать рождение ребенка и менструальные циклы, а они и не заметят.