– Одно американское издательство хотело купить мой фанфик, – сказала я, и Скотт заметно вздрогнул. – «Магнолия», может, ты слышал о таком. Они в пятерке самых крупных. Они предложили мне немало денег, пригласили в Нью-Йорк, практически как в твоем случае с «Наско», забавно, правда? – Я снова рассмеялась. – Но дальше еще забавнее. Я ведь понятия не имела, что пишу о том, что с тобой случилось на самом деле. И мне за это стыдно. Когда ты год назад пропал, тогда я это и написала. Тоже про попытку самоубийства, только другим способом. Но я ведь не знала. Я подумала, что выйдет неплохая история. Я себя за это ненавижу, я ненавижу себя, Скотт. И мне очень жаль. Я не хотела. Мне никогда не следовало такого писать. И я отказала «Магнолии». Книга не выйдет, и, возможно, за последние месяцы это единственное, что я сделала правильно.
Слезы катились у меня по лицу, но мне было наплевать. Меня уже давно не беспокоило, что Скотт видел меня такой. Я лишь знала, что рассказать ему обо всем было правильным. Впервые за долгое время быть с ним честной. Даже если правда была жестокой.
А Скотт молчал. Он стоял передо мной, в глазах читалась безграничная боль. Он смотрел на меня, я хотела умолять его о прощении, но не могла.
Я не шевелилась и ничего не чувствовала. И когда Скотт, замотав головой, отвел взгляд, мое сердце охватило пламенем.
– Я так сожалею, – прошептала я, но он не слушал. Дверь машины захлопнулась, Скотт сдал назад и развернулся. И когда красный свет фонарей в конце нашего участка погас, я не понимала, как мне дальше дышать.
– Мне не трудно, правда, – сказал Эммет в четвертый раз. Он перевел взгляд с центральной консоли машины на меня. – Ты тоже забирала меня из Уайт-Рока.
Я молча кивнула и закусила губы, чтобы опять не разреветься.
Скотт ушел, потому что я утаила от него важное. Он ушел, после того как я попыталась все ему объяснить, попытка оказалась напрасной. Он не реагировал на мои сообщения. Писать дальше было бесполезно. Я это знала.
– Может, все-таки расскажешь, почему он?.. – начал Эммет, но умолк, увидев, что я откинула голову и закрыла глаза.
– Нет, – прошептала я.
– Нам стоит волноваться, Хопи-Хоуп? – спросил он, и я опять разревелась. Я не могла рассказать Эммету о случившемся. Было слишком тяжело. Но кое о чем другом мне нужно было ему сказать. И лучше всего прямо сейчас, пусть и в отсутствии Лори.
– Я… я должна тебе сообщить, – начала я, и Эммет забеспокоился еще сильнее. И я рассказала ему о финансовых трудностях моих родителей и о том, что придется повысить арендную плату за жилье. Ощущение было ужасное.
– Хоуп, – перебил меня Эммет. – Перестань. – Он посмотрел на меня: – Ничего такого страшного не случилось, я все понимаю.
– Прости, я знаю, что у тебя напряг с деньгами, и… – вырвалось у меня, но Эммет не дал мне договорить:
– Все нормально. С тех пор как я работаю на отца Эмбер, жизнь стала заметно легче.
– Знаю, – всхлипнула я. – Но мне все равно ужасно жаль. Всего жаль.
– Послушай, Хоуп, тебе не надо ни о чем сожалеть. Не надо. – Эммет помедлил. – И со Скоттом у вас наладится. Я видел, как он на тебя смотрит. Не может быть, чтобы ты натворила чего-то такого, после чего он не захочет с тобой разговаривать.
Я промолчала и просто пожала плечами.
Обычно, когда Эммет произносил такие слова, я ему верила. Но сейчас он попросту понятия не имел о том, что я наделала.
Эммет позвал Эмбер и ушел к себе, пока я, сидя на диване, рассказывала ей, что же случилось за последние недели. Я извела полторы пачки носовых платков, прежде чем наконец дошла до того момента, когда Скотт обо всем узнал и ушел.
– Господи, Хоуп. – Эмбер смотрела с сочувствием, но сейчас мне это не помогало. Ровно наоборот.
– Я облажалась, – выдавила я. Голос хриплый, во рту соленый привкус.
– Тебе надо ему написать, – посоветовала она, но я лишь покачала головой:
– Что это даст?
– Уверена, он поймет, когда узнает, что ты…
– Эмбер, боюсь, ты не совсем понимаешь, – перебила я ее, меня душили слезы. – Я не была с ним честной. С самого начала я была той, кем он меня и считал. Жалкой фанаткой, сумасшедшей сталкершей, которая…
– А ну возьми свои слова назад, – перебила меня Эмбер. – Сейчас же, Хоуп. – Она произнесла это так настойчиво, что я и в самом деле замолчала. – Ты знаешь не хуже меня, что это просто смешно. Может, когда-то ты и была фанаткой, но потом вы познакомились. Ты познакомилась со Скоттом, а не с PLY. А историю ты написала раньше.
– Но тут дело в принципе, – подала я голос. – Я не сказала ему.
– Потому что ты боялась. Потому что ты стыдилась, хотя и без всякой на то причины.
– Была причина. Мне до сих пор стыдно, Эмбер.
– Перестань, – сказала она. – Пожалуйста, перестань. Да, все пошло не совсем туда, но, когда ты писала
Я сидела молча качая головой.
– Он вообще читал ее? – спросила Эмбер, и я порывисто посмотрела на подругу:
– О господи, нет. По крайней мере, я надеюсь…
