— Почему? — Сергей, как уже понял профессор, всегда очень краток.
— Как бы это сказать… А… пофиг…
Даже Сергей улыбнулся сленговому словечку, вылетевшему из уст интеллигентного профессора, а тому опять стало неловко, и он почти скороговоркой выпалил:
— Я человек научного склада. Приверженец чистой науки. Понимаете? А тут эти ваши шпионские штучки и все такое. Да и ваши методы… — профессор тяжело вздохнул, вспоминая сегодняшний допрос, — не вызывают у меня доверия, скажем так.
Сергей молча его выслушал не перебивая. А Константина Алексеевича уже понесло.
— Знаете, Сергей, наука всегда, конечно, была под колпаком у правительства. Но никогда, даже в непростой истории нашей страны, не создавали специальный научный контроль. Кому вообще пришла эта идея в голову? У нас что, мало силовых ведомств? Мало разведок, служб безопасности и иже с ними? И вот еще и ФСНК. Специальный надзор за учеными. Ну, конечно, нашли главных злодеев.
Сергей молча встал и подошел к профессору. Константину Алексеевичу показалось, что он сразу уменьшился в размерах на своем кресле. Сергей молча протянул руку к профессору и вывел на нее фотографию из своего видеофона. На ней спиной к ним сидел какой-то высокий мужчина.
— Кто это? — спросил профессор.
— Это? — переспросил Сергей, — А это ваш Гедиок.
Профессор долго молчал, пытаясь осмыслить услышанное.
— Как это?
— Очень просто. Гедиока спасла наша космическая команда. И он доставлен на базу. Сюда. В Россию.
— В Россию? — промямлил профессор.
— А что вас удивляет? Мы стали первыми, хотя проект носит международный характер и в команде есть представители многих стран.
— И вы его поймали?
— Что значит «поймали»? Мы его спасли. Долго искать, правда, пришлось. Но ничего, главное, успели. Он, как видите, жив и здоров.
— Здоров, — повторил профессор.
— Ну что, хотите с ним встретиться?
— С кем?
— Как с кем? С Гедиоком, конечно.
— Я?
— Ну, я-то уже с ним встречался. Речь идет о вас. Или вдруг проснувшаяся ненависть к ФСНК не позволяет?
Профессор громко вздохнул и понял, что проиграл. Проиграл полностью и окончательно, потому что никогда он не сможет отказаться от встречи с первым инопланетянином на Земле.
— Подождите, — вдруг почувствовал подвох профессор, — а как вы поняли, если не могли до этого расшифровать сообщения, что Гедиока в принципе требуется спасать?
— Ну как поняли. Это ведь мы его и подбили. И вывели всю технику из строя.
— Вы? Как это? Зачем?
— Ну, профессор, вы как ребенок, ей Богу. Ладно, слушайте. Я ведь правильно понимаю, наше сотрудничество можно считать состоявшимся фактом?
Константин Алексеевич быстро махнул головой, и Сергей снова улыбнулся и начал рассказывать.
— Мы следили за пришельцами несколько лет. Последние два года плотно работаем над этой темой.
Два года, подумал профессор. Два года. А он-то считал себя первооткрывателем внеземного разума.
— Сигналы мы отлавливали очень четкие, но не могли их расшифровать. Сейчас, уже после сообщения Гедиока, мы понимаем, что сигналы имели сложную систему кодирования.
Сергей сделал паузу, словно ожидая какой-то ответ от профессора. Не дождавшись, продолжил.
— Полтора года назад создали специальную команду, которая по силе и частоте излучений сигналов сумела определить примерные точки в пространстве, откуда они могли исходить. Мы сильно удивились, когда поняли, что на самом деле в Солнечной системе находится с десяток инопланетных кораблей.
— Ого!
— За полтора года они трижды меняли количество, часть кораблей исчезала, зато появлялись другие. Видно, раз в пять-шесть месяцев у них происходит своеобразная пересменка наблюдателей.
— И что сделали мы?
Сергей улыбнулся этому «мы», а профессор почувствовал себя мальчишкой, хотя на самом деле был лет на двадцать старше Сергея.
— Мы, — Сергей сделал акцент на этом слове, — стали в ответ следить за ними, за расположением их кораблей. В общем, так долго продолжаться не могло, руководство сильно нервничало. Да и как тут не нервничать, когда знаешь, что под боком десяток космических инопланетных кораблей, наблюдающих за тобой.
— Я удивлен, что не объявили военное положение.
Сергей в ответ очень странно посмотрел на профессора и молча отхлебнул чай.
— В итоге разработали операцию. Мы засекли точное местоположение всех десяти кораблей. Одни ребята соорудили специальный заряд, который создает силовое поле и выводит из строя оборудование, использующее любое излучение, электрическую энергию или даже батарейку. Ну и шмальнули в космос всем этим.
— Подождите… десять кораблей? То есть Гедиок…
— Не единственный, вы хотели спросить? Да! Всего ровно десять инопланетян и все живы и здоровы. Немного проблем вышло, кстати, именно с Гедиоком, поэтому мы точно знаем, что это он. К нему реально долго не могли подлететь, целых две недели. За это время он и наплодил со страху своих прощальных посланий.
— Две недели?
— Профессор, вы теперь все время будете все переспрашивать?
— Я?
— Ну вот опять, — засмеялся Сергей, — я понимаю, информация шокирующая, но вы же «чистый» ученый, должны уметь воспринимать научные новости и открытия спокойно.
