– Виктория сказала, что видела в опере Шеридан Бромлей, но мне не удалось как следует разглядеть лицо женщины, на которую она указала, и я не уверена в том, что это действительно была Шеридан.
При упоминании о Шеридан Клейтон нахмурился так, что его темные брови сошлись на переносице, и Уитни поспешила сменить тему.
В следующий четверг, воспользовавшись тем, что мужья заняты делами, Виктория и Уитни приехали в Ковент-Гарден пораньше и, заняв свой наблюдательный пост в ложе, стали внимательно смотреть на входивших в партер и амфитеатр зрителей, стараясь не пропустить Шерри, если та появится.
– Ну что, – спросила Виктория, – ее пока нет?
– Отсюда очень трудно разглядеть лица. Удивляюсь, как ты умудрилась в тот раз заметить ее в толпе.
– Не знаю, радоваться или огорчаться, – сказала Виктория, откинувшись в кресле, когда занавес раздвинулся, а женщина, похожая на Шеридан Бромлей, так и не появилась.
Уитни думала о том же, устраиваясь поудобнее на своем месте.
– Стивен пришел, – в следующую минуту сообщила Виктория, – а с ним, кажется, Жоржет Портер.
Уитни бросила взгляд на ложу Стивена и рассеянно кивнула.
– До чего хороша, – добавила Виктория без всякого энтузиазма, чтобы хоть как-то подбодрить себя и подругу в этой совсем невеселой ситуации. Ей нравился Стивен Уэстморленд, входивший в узкий круг близких друзей ее мужа. И с первого же взгляда понравилась Шеридан Бромлей, тоже американка, как и сама Виктория.
Сидевшая рядом со Стивеном женщина кокетливо улыбалась и что-то возбужденно говорила ему, но у Уитни создалось впечатление, что он не то что не слышит, но и не видит ее, только делает вид, чтобы не показаться невежливым.
– Шерри здесь, я уверена, – заявила Уитни, снова устремив взгляд в партер. – Я это чувствую.
Виктория пристально на нее посмотрела.
– В тот раз я случайно заметила ее у входа в театр и была уверена, что она пройдет в партер. А сейчас, в этой толчее, нам ее ни за что не увидеть.
– Вот что мы сделаем! – возбужденно воскликнула Уитни. – Постараемся найти женщину, которая вместо сцены смотрит на ложу Стивена.
Не прошло и нескольких минут, как Виктория схватила подругу за руку.
– Вон она! В той же шляпке! Прямо под нами. Поэтому мы ее и не видели.
Теперь, когда объект наблюдения был наконец обнаружен, Уитни стала пристально рассматривать женщину, даже привстала с кресла.
– Это она! – громким шепотом сказала Уитни подруге, сочувственно глядя на Шеридан, которая сидела с печальным, задумчивым видом и почти перед самым концом спектакля ушла.
«Если бы Клейтон сейчас увидел ее, – думала Уитни, – наверняка проникся бы к ней жалостью, и тогда, возможно, после настоятельных уговоров согласился бы убедить Стивена разыскать девушку». Уитни знала: никто, кроме Клейтона, этого сделать не сможет.
– Мы опоздаем, – сказала Уитни, взглянув на часы, в то время как муж спокойно потягивал шерри. – Пора выезжать.
– Надо же! А я и не знал, что ты так увлекаешься оперой! – произнес Клейтон, с любопытством поглядывая на жену.
– В последнее время… спектакли просто захватывающие, – ответила Уитни, целуя и обнимая сына, после чего его, сонного, увели спать гувернантка и Чарити Торнтон.
– В самом деле захватывающие? – переспросил Клейтон, с веселым недоумением глядя на жену поверх бокала.
– Да. Кстати, на сегодняшний вечер мы поменяемся ложами с Резерфордами.
– Позволь спросить, почему?
– Со стороны ложи Стивена лучше видно.
– Что видно?
– Зал.
Не удовлетворенный ответом, он попытался еще о чем-то спросить, но Уитни сказала:
– Пожалуйста, доверься мне и не задавай больше вопросов. Я все тебе объясню в театре.
– Погляди, – шепнула Уитни, схватив за руку мужа, – вот она! Только не поворачивай голову, а то она заметит, что на нее смотрят.
Он не повернул головы, но вместо того чтобы посмотреть в указанном направлении, покосился на Уитни:
– Сделай одолжение, хотя бы намекни, о ком речь?
И поскольку от реакции Клейтона зависел дальнейший ход событий, Уитни с замиранием сердца призналась:
– О Шеридан Бромлей. Я не хотела говорить тебе об этом раньше, не знала, будет ли она сегодня в театре и сможешь ли прийти ты.
Заметив, как посуровело лицо мужа, Уитни с мольбой посмотрела своими зелеными глазами в его холодные серые.
– Пожалуйста, Клейтон, не осуждай ее, не имея на то достаточных оснований. Ведь нам даже не удалось с ней поговорить.
– Потому что она сбежала, как заметающая следы маленькая сучка. Мы давно знаем, что она любит оперу, но это дела не меняет.
– Любовь к Стивену мешает тебе трезво мыслить.
Видя, что эти аргументы не возымели действия, Уитни сказала мягко, но очень решительно:
– Она бывает здесь не ради спектакля, даже не смотрит на сцену – только на Стивена и постоянно сидит в рядах позади его ложи, чтобы он случайно ее не заметил. Пожалуйста, дорогой, взгляни сам.
После долгих колебаний он наконец сдался и скосил глаза вправо.
– Она в скромной темно-голубой шляпке с голубой лентой, – подсказала Уитни, – и темно-голубом платье с белым воротничком.
