Что может вольный ветер полностью

На землях же орков опасности тоже не было. Вот только последствиями придётся заниматься ещё не один день. Прежде всего достойно проводить павших орков и сжечь все трупы врагов. И конечно же похороны Вождя.

Я же попросила брата ещё раз открыть портал. Моя лодочка так и осталась возле скал. Управилась быстро. Честно говоря, действительно спешила уйти от этого места. Похоронные команды с магами сжигали павших. Смотреть на это мне совсем не хотелось. Лодку я переправила очень быстро и оставила её на ближайшей к нашим покоям башне.

Санатан же пока уходить из замка не торопился. Владыка на похоронах Вождя присутствовать не сможет. Так что Санатан должен будет сказать прощальную речь от имени всех стихийников.

С утра Маттурр отправился заниматься последними приготовлениями. Так, что когда он вернулся за мной, то я мужа узнала с трудом. Из одежды на нём были только кожаные штаны и сапоги. Особые орочьи рисунки покрывали тело Маттурра от талии и выше. Да и лицо было порядком разрисовано. Все уже собрались на площадке перед замком. Вождь лежал на невысоком подиуме. Его лицо тоже покрывала роспись. А вереница орков медленно тянулась мимо постамента. Простые орки прощались с Вождём. Поскольку ждать окончания церемонии предстояло долго, то вокруг нас зажгли камни. Но меня всё равно потряхивало. И, скорее всего, не от холода, от волнения. Наконец, шаман пропел прощальную песню и стал зажигать камни.

Огонь поминального костра ещё вовсю пылал, когда к Маттурур стали подходить орки. Я сразу и не поняла, что происходит. Хорошо, что Чамарр шепнул мне, что главы кланов приносят присягу новому Вождю, а женщине вроде как не положено стоять рядом. Он же увёл меня в главный зал. Там уже были готовы столы для, не совсем праздничного, обеда. Раненые были исцелены шаманом, так что столам на четыре сотни орков ничего не мешало. Я прошлась вдоль левой стороны. Посмотрела, что там из закусок выставлено. Пожалела, что мясо совсем остынет, пока воины вернутся.

Ждать долго не пришлось. Всего кланов было семнадцать. Управились быстро. А кто из горных орков выжил, было ещё не понятно. Так что они клятву принесут позже.

Когда Маттурр зашёл в зал, я привычно хотела занять место рядом с ним. Вот только Аррона меня демонстративно оттеснила. Я и глазом моргнуть не успела, как по правую руку от Маттурра села сестра, а по левую младший брат Турр. Сразу за Арроной место занял Ямун, глава Серых волков. Пока остальные воины рассаживались, я решила уточнить, где мне сесть.

— Маттурр, где моё место? — громко спросила я.

Наверное, слишком громко. Практически все головы повернулись в мою сторону.

— Со мной рядом, — невозмутимо сообщил муж и выразительно посмотрел на сестру.

— За столом воинов не место женщине, — заявил Ямун.

— Аррона же за столом, — возразила я.

— Она воин и воевала рядом с отцом, — поддержал Аррону глава Серых волков.

— А не спала, как ты у тёпленького костра, — добавила Аррона.

— Место моей женщины рядом со мной гр-р-р, — прорычал Маттурр.

Возникла неловкая пауза. Дело в том, что практически все места были заняты. Главы родов постарались первыми заполнить главный стол, и сейчас двигаться никто не хотел.

— Она не воин, — продолжил настаивать Ямун, показав на меня.

— Если ты не видел её в бою, то это не значит, что Эфалия не воевала, — вдруг неожиданно вклинился в разговор Санатан.

Сам он сидел по левую руку от Маттурра, сразу после Турра. Обстановка за столом стала напряжённой.

— Стихийник, не вмешивайся в наши традиции, — мрачно заявил глава Серых волков.

— Гр-р-р! — рявкнул Маттурр. — Кто ещё считает, что моя женщина не достойна!?

— Нимфа — воин, — послышалось с разных сторон.

Я же продолжала стоять за спиной мужа. Ну вроде все решили, что я достойна. Но сесть-то всё равно негде!

— Сестра, займи место рядом с Чамарром, — прорычал Маттурр.

Аррона побледнела, но пересела.

— В следующий раз ты спросишь Вождя, где твоё место, сестра, — припечатал Маттурр.

В зале все притихли. Мда. Я, конечно, отца Маттурра знала недолго. Но тот милый, улыбчивый орк совсем никак не походил на этого нового Вождя. Взгляд Маттурра продолжал метать молнии. Первую чашу горячего вина выпили за душу ушедшего орка. Оказалось, что вторую положено пить за нового правителя орков. Но Маттурр поднялся с места и заявил:

— Я пью вторую чашу за мою женщину. За ту, что была со мной над равниной. За ту, что была с орками от начала и до конца сражения!

Ух ты! Мой обычно неразговорчивый муж так много наговорил.

Тут неожиданно поднялся Турр.

— Я пью за женщину, что была с ранеными и отдавала им свои силы. Она ухаживала за мной, пока я ждал целителей.

Ухаживала? Мда. А мне тогда все орки на одно лицо были. Может, я действительно не заметила брата Маттурра.

— Я тоже пью за эту женщину! — поднялся со своего места Сатхит.

И дальше началось что-то невообразимое. Воины поднимались со своих мест и каждый что-то припоминал. Я даже половины не запомнила из того, что успела сделать.