Что написано пером полностью

МУХА: – Ага! Кляча-удача! А если там – маньяк?!!

ХЕЛЬГА: – А кого ждешь, тот и постучит…

ВЛАДИСЛАВ: – И в глазок смотреть надо…

Вечер в квартире Ореховых.

В комнате отца – ВЛАДИСЛАВ и ХЕЛЬГА. ВЛАДИСЛАВ лежит в постели, на разложенном диване, ХЕЛЬГА в пижаме, растирает ему поясницу. Владислав постанывает. Горит только торшер рядом с диваном.

ХЕЛЬГА: – Сегодня Лариска звонила, предлагает билеты в Дом музыки на орган. Пойдем?

ВЛАДИСЛАВ: – Когда?

ХЕЛЬГА: – Завтра в девятнадцать тридцать. Пойдем?

ВЛАДИСЛАВ: – Если меня отпустит…

ХЕЛЬГА (ехидно): – Кто отпустит?

ВЛАДИСЛАВ: – Не кто, а что – радикулит, будь он неладен!

ХЕЛЬГА: – Не-е-е, нам это не подходит: неладный радикулит – это уже с осложнениями. Возлюби болезнь свою, как себя самого…

ВЛАДИСЛАВ: (кряхтит) – Это как: извернуться и поцеловать самого себя в поясницу? (пытается изобразить)…

ХЕЛЬГА: – Да лежи уже, гуттаперчивый мальчик, береги спину, Сеня…. Давай я тебе вслух почитаю. Хочешь?

ВЛАДИСЛАВ (практически мурлыкает): — Ну, ты же знаешь, что хочу….

ХЕЛЬГА (устраивается полусидя на подушке рядом с ним, накрывает ноги одеялом): – А что ты хочешь: про Колобка или про Красную Шапку?

ВЛАДИСЛАВ: – Мм-м-м…дай подумать…. (мечтательно) И то, и другое – про любовь, а мне уже о душе подумать надо… Хотя, душа без любви мертва и бесплодна. И путь в рай такой душе заказан.

ХЕЛЬГА: – Ну, Красная Шапка – можно найти следы от любви, а Колобок-то во что тебе угодил?

ВЛАДИСЛАВ: – Ха! Колобок, как раз, и есть самый, что ни на есть, учебник про то, как надо любить. Вот смотри: жили-были дед да бабка. Из простого анализа текста следует, что ни детей, ни внуков у них не было…

ХЕЛЬГА: – С чего ты взял?

ВЛАДИСЛАВ: – Очень просто: если бы были дети и внуки, то они и принесли бы старикам пирожка, как Красная Шапочка своей бабушке. А так – старик знает, что гуманитарной помощи ждать неоткуда, собесы тогда еще не открыли, и только супруга может испечь ему лакомый кусочек, вот и просит ее. Так представь себе, как надо было им любить друг друга, чтоб не разойтись из-за отсутствия детей – а они уже старички – дед и бабка – вот тебе первое свидетельство подлинной любви. Второе – муки нет в доме, и надо скрести по сусекам и мести по амбарам…

ХЕЛЬГА: – Какое феноменальное знание классического текста! Какое глубокое прочтение….

ВЛАДИСЛАВ: – Э-э-э-э! женьщина-а-а, нэ пэрэбивай, кагда гаварит мужщина! Э-э-э!

ХЕЛЬГА: – Прости, Повелитель! Слова восторга сами сорвались с моих недостойных губ….

ВЛАДИСЛАВ: – Э-э-э-э! Зачем недостойных?… Вах! Ошень достойный губы, неси их сюда…. (пытается привстать и поцеловать ХЕЛЬГУ, но охает и падает обратно на диван)

ХЕЛЬГА: – Не отвлекайся, о, Повелитель, на низменные занятия, такие, как плотская любовь. Все это бренно – только наука вечна и истинна в своей ценности… Говори, господин. Ты закончил в сусеках под амбалами… ой, то есть, под амбарами….

ВЛАДИСЛАВ: – Ну, я и говорю: не очень-то у них устойчивое и стабильное материальное положение – не впервой старухе муку из углов выскребать на последний колобок, но и эти трудности не разрушили их брак. Вот тебе – второй аргумент, доказывающий наличие между этими двумя чего-то более высокого и крепкого, чем экономическая подоплека ведения совместного хозяйства. И третье: когда Колобок, неблагодарная сволочь, отвалил мир посмотреть, ведь в сказке ничего не сказано про бракоразводный процесс? Отвечаю: ни словечка! Значит, даже на краю, перед лицом разочарований и предательства близких, они стоят, уцепившись друг за друга! Любовь ли это, спросите вы? Отвечаю: несомненно!

ХЕЛЬГА: – Слушай, а может, Колобок – это аллегория позднего ребенка, оторвавшегося от отчего дома и сгинувшего под лавиной соблазнов бытия?

ВЛАДИСЛАВ: – Блудный сын?

ХЕЛЬГА: – Да, что-то вроде того…

ВЛАДИСЛАВ: – Ну, пусть так, но это ничего не меняет, в сущности. Ведь была любовь у деда с бабкой? Была?

ХЕЛЬГА: – Конечно, была. В основе всего сущего лежит любовь … и свобода.

ВЛАДИСЛАВ: – Э-э-э-эй! Женьщина-а-а-а-а! Какая еще свабода?!!Ты в своих книжках набралься вредный вольтерьяснкий зараза? Все книжки – в тандырный печь, на мангал! Шашлык-машлык будет на твоих книжках, женьщина-а-а-а-а….

ХЕЛЬГА: – Да, шашлык будет, но сначала вот, послушай. Это из Эриха Фромма, «Искусство любить»…

ВЛАДИСЛАВ: – «Искусство забить…»?

ХЕЛЬГА: – «Искусство забить» – это справочник столяра, а «Искусство любить» – это психологическая философия…

ВЛАДИСЛАВ: – Ну, хорошо, что не философическая психология… Давай, читай, я весь в огне!