И только тогда я присел голым задом на обгоревшую землю от осознания того, что мне открылось:
Какой чудовищный соблазн! Даже не являясь одержимым, любой маг с этим венцом на своей голове легко захватит весь остальной мир, если у него вдруг появится такое желание. Вот только я не поддамся соблазну. Однако венец на свою голову нацепить придётся.
Через силу тянусь взглядом к кнопке "нет", демонизма мне только не хватало, хотя все чувства просто единогласно громко вопили о том, что надо непременно соглашаться. Интуиция верещала обо всех благах мира, которые упадут к моим ногам, стоит лишь сейчас сказать "Да". Сладость и благость соглашательства боролась во мне с ужасом отказа. Перед внутренним взором проносились красочные и насыщенные приятными ощущениями картинки всего того, что я обязательно обрету, став Повелителем Мира, тут же сменяясь жуткими кошмарами, которые непременно обрушатся на мою голову в случае отказа. Сознание туманится, разрываясь между выбором всевозможных благ и ставшим непомерно дорогим долгом. Но твёрдости духа и силы воли всё же оказалось достаточно, чтобы сделать правильный выбор. Наведённые соблазнительные и кошмарные иллюзии мгновенно исчезли, но при этом тело наполнилось огромной тяжестью и слабостью одновременно. Сделанный выбор крепко придавил меня к земле. Но на этом ещё ничего не закончилось:
А вот теперь, несмотря на сильнейшую вспышку страха, переходящего в подлинный ужас, недрогнувшей мысленной рукой жму "Да", в который раз проваливаясь в беспамятство от чудовищной боли, взорвавшей изнутри мою многострадальную голову.
Вернувшись в сознание, обнаружил себя лежащим на зелёной траве. Дриада Милли громко рыдала и нежно гладила меня по волосам. Судя по всему, на перерождение я так и не ушел. "Адские муки" тоже благополучно прошли мимо. Смахнув очередную кучу системного текста в сторону, нежно дотронулся до её руки.
— Я думала ты так и не очнёшься, — громко всхлипнув в последний раз, радостно воскликнула лесная дева, заметив мое пробуждение или скорее — возвращение из-за грани небытия. — Твоё тело ломало и корёжило, а я долго ничем не могла помочь. Лишь недавно ты стал нормально воспринимать идущий от меня "поток жизни", но я так боялась, что пережитые мучения окончательно выжгли твой разум.
Долго же мне пришлось проваляться в беспамятстве: битва произошла в начале ночи, а сейчас солнце стояло в самом зените. И беспамятство спасло меня от гораздо худших последствий.