На одно решающее мгновение внимание виконта переключилось на друга. Уловив свист рассекающего воздух железного прута, он упал на четвереньки за миг до того, как изогнутый конец ломика врезался в большой, обтянутый бархатом гроб рядом с тем местом, где только что находилась голова Девлина.
Трухлявый ящик брызнул щепками, конским волосом из покрытой пятнами обивки и блестящими осколками раздробленного черепа. От сильной отдачи Эшли пошатнулся и попытался выдернуть застрявшее оружие. Себастьян ринулся к противнику, ударил того по коленке, и как раз в этот момент ломик высвободился из дерева.
Клирик врезался спиной в домовины, втиснутые в последнюю нишу. Высохшее за века дерево изогнулось, треснуло, ящики угрожающе накренились. А затем вся гора рухнула шумным водопадом поломанных досок, разматывающихся запятнанных саванов и разваливающихся на части иссохших трупов.
Виконт бросился на распростертое тело Гибсона, прикрывая здоровой рукой голову от сыпавшихся дождем обломков и костей. Оскаленный череп, покрытый выдубленной кожей и пришпиленный к оборчатой подушке темной массой спутанных волос, ударил по поднятой кисти, выбив из пальцев кинжал. Свеча, прилепленная капелланом на соседний гроб, свалилась наземь.
Крипта погрузилась в удушающую тьму.
Зрение Себастьяна быстро приспосабливалось к недостатку освещения. А вот Эшли, как и большинство людей, был в темноте безнадежно слеп. Спотыкаясь и кашляя от взметнувшегося праха, капеллан поднялся и принялся, как сумасшедший, размахивать железным прутом то в одну, то в другую сторону. Ломик зазвенел, зацепив каменную колонну, и ударил по соседней пирамиде из гробов.
Украдкой пошарив среди мусора, виконт наткнулся на что-то, похожее на коленную чашечку, и отбросил находку к задней стене крипты. Кость со стуком шмякнулась о камни.
– Девлин? – противник резко повернулся на звук, лихорадочно вглядываясь в сумрак. – Мы могли бы договориться. Ты молчишь о моей тайне, а я держу рот на замке о твоей.
Себастьян тихонько просунул здоровую руку под бессознательное тело хирурга.
– Мне известно про мисс Джарвис, – голос церковника эхом отдавался под темными сводами. – Пару недель назад я подслушал их с епископом разговор.
Виконт застыл.
– Девлин, я знаю, что ты слышишь! – выкрикнул Эшли. – Попробуй только навесить на меня эти убийства, и каждая собака в Лондоне узнает об ублюдке, которого ты заделал столь добродетельной доченьке лорда Джарвиса!
С бешено бьющимся в груди сердцем Себастьян попытался приподнять друга.
– Гибсон… – шепнул он и замер, заметив, как пыльные камни осветились слабым сиянием.
Свеча, как оказалось, не погасла. Наверное, упав в один из свалившихся гробов, огонь только на миг притушился. Теперь, питаемый высохшей тканью и деревом, он разгорался, наполняя склеп растущим заревом и зловонием тлеющих волос и шерсти.
– Проклятье, – ругнулся виконт и попробовал тащить доктора за собой.
Но кратковременное преимущество, дарованное тьмой, было уже утеряно. С шипением, напоминающим воспламеняющуюся смолу, мумия в соседнем гробу вспыхнула гигантским факелом, заливая подземелье светом и смрадом горящей плоти.
– Девлин! – взревел капеллан и, занеся железный прут над головой, бросился в атаку.
Сунув руку в кучу мусора, Себастьян набрал полную пригоршню щебня и костяных осколков и швырнул в лицо противнику. Заслоняя глаза, Эшли выставил предплечье и тут же споткнулся.
Опустив Гибсона на пол, виконт головой вперед врезался в клирика, толкнув того на затянутые паутиной груды домовин в нише напротив.
Стена ящиков рухнула вокруг них пыльным взрывом костей, щепок и железных обручей. Противники свалились наземь и покатились по полу. Обломок доски пропорол Себастьяну ногу, раненая рука ударилась о подножие каменной колонны. От взорвавшейся в мозгу резкой, как удар хлыста, боли перехватило дыхание и затуманилось зрение.
Девлин заметил, что капеллан выпрямляется, по-прежнему сжимая в руке чертов ломик.
– Ах ты ж гад, – выругался виконт и, изловчившись, саданул ногой по предплечью врага. Ломик отлетел в сторону.
Себастьян услышал рев огня и увидел, что в крипте стало светлее. С ужасающим шипением пламя перекидывалось из одной ниши на другую, пожирая штабеля высохшего дерева, мертвых тел и древних саванов.
Эшли с диким взглядом, пошатываясь, поднимался на ноги. Кулаком действующей руки Девлин двинул противнику в лицо, опрокинув того спиной на кучу древесных обломков и костей.
Огонь уже окружал их со всех сторон, наполняя воздух зловонным маслянистым дымом, от которого сдавливало в груди и слезились глаза.
– Гибсон! – окликнул Себастьян. Кашляя, он нетвердой походкой поковылял туда, где хирург пытался привстать на здоровое колено.
– Обхвати меня рукой за шею! – перекрикивая рев пожара, велел виконт и направился к выходу, волоча доктора за собой. Друзья, пошатываясь, двигались по огненному тоннелю к лестнице. Ниши с гробами превратились в бушующие валы пламени, в воздухе метались языки полыхающих саванов, сыпались дождем горящие щепки.
