Что с вами, дорогая Киш? полностью

Они часто ходили с дочкой на остров Маргит. Там гуляло много народу. Семьями. Или парочки. Один мужчина обхватил Жужику сзади за талию, приподнял и снова поставил наземь.

— Какая милая девочка!

И это все, что случилось в мае и в июне.

В июле Жужику взяли к себе бабушка с дедушкой. Киш уехала на Балатон. Поселилась в частном доме. По соседству жили шесть молодых парней. С утра они уходили с аквалангами на озеро. После обеда возились с мотоциклами. По вечерам играли на гитаре. Один из них спросил у Киш в последний день:

— Не скучно вам одной?

В поезде, когда ехала домой, у окна стоял высокий усатый мужчина. Крестьянин, едет в Пешт за покупками. Городскую легкомысленную жизнь не одобряет. Они смотрели, как проплывают поля за окном, как заходит солнце.

Поужинали в кабачке Яноша и поднялись на гору Геллерт. Весь город был залит огнями, они долго бродили по улицам. Киш все о чем-то болтала, о чем не вспоминала с девических лет. Может, незаметно для себя и рассказала всю свою жизнь. Только-то и хорошего было в тот вечер, что адрес потом в руке остался. Адрес, куда писать.

Но в августе письмо пришло обратно. Адресат по указанному адресу не проживает. В сентябре, когда исполнилось два года, как она овдовела, начальник проворчал раздраженно:

— Что с вами, дорогая Киш? Красивая женщина, хорошо зарабатываете, и дочка у вас умница.

Киш попросила дать ей сверхурочную работу, но выполняла ее механически.

А потом снова рождество. Новая мебель в кредит. Новогодний вечер у двоюродной сестры. Две чужие, захмелевшие пары.

В январе Киш записалась на курсы английского языка. В феврале бросила их.

В марте выскочила из прихожей и дернула соседскую девушку за волосы.

— Ты, шлюшка, нечего обниматься у моей двери…

— Что с вами, дорогая Киш? — с издевкой спросила девушка и рассмеялась.

Киш на две недели отправили в санаторий подлечить нервы.

Когда она вернулась домой, уже близилось лето и Жужи готовилась к школе.

Киш радовалась:

— Что за дочка! Ребенок для меня дороже всего на свете. Совсем взрослая стала. А мужчины? Зачем они мне? И потом… лишь бы какой мне и самой не нужен…

В ноябре пришел столяр починить сломанный карниз. Он стал недавно работать в их районе. Мальчишки потешались над его кривыми ногами.

Столяр вежливо поблагодарил за кофе и одобрительно причмокнул языком:

— Что ни говори, заботливые женские руки.

Киш расплакалась. Столяр был удивлен, по-отечески положил узловатую руку на ее колено.

— Что с вами, дорогая Киш? Мне вы можете сказать. Я человек простой, но многое чего уже пережил.

Столяр заходил еще два или три раза. А потом перестал ходить. У него была жена, славная, работящая женщина из тёрёкбалинтского кооператива, и два взрослых сына.

— Что с вами, дорогая Киш? — шутливо спросила Жужика как-то зимним утром. Когда это точно случилось, сейчас трудно сказать. — Что с тобой? Почему ты не протопила печку?

Киш не ответила, только глаза у нее забегали.

На одеяле лежал последний отцовский пузырек из-под лекарства. Пустой.

Жужика закричала.

Голова Киш металась по подушке. Доктор подоспел вовремя.

— Что с вами, дорогая Киш? — рассеянно спросил он, обхватывая пальцами запястье женщины.

Перевод Л. Васильевой.

© Издательство «Молодая гвардия», 1975.

Август — период вегетации. Позднее, в сентябре, человек выбирается из песка и с новыми силами кидается изобретать велосипед. Осень побуждает к действию. Центробежные силы получают дополнительное ускорение. Кое-кто не выдерживает, таких машина вышвыривает. Но большинство наслаждается этим коловращением. Что и говорить, сентябрь — это миллион возможностей. Вот только какую из них удастся ухватить, а какая так и останется зыбким миражем?..

— Стоп, приехали! Что толку мусолить одно и то же, если в конце концов все рушится, а суть в том… — Морелли вскочил со стула в кафе и, поскольку даже отдаленно не представлял себе, в чем же суть, быстро расплатился.

Точно одно: сегодня двадцать восьмое августа. Через несколько дней премьера. До этого нужно проработать идею до мелочей. Времени на философствование нет. В бытность студентом классического отделения он как любитель показывал фокусы, а теперь, значит, снискав славу иллюзиониста, заделался философом? Глупо. Всему свое место. Сейчас главное — новый трюк. Продумать теорию, отладить эффекты. Технические решения останутся прежними, но вот монтаж должен быть иной, совершенно оригинальный!

Морелли торопился. Утром и после обеда репетиции, вечером сборная программа с воняющей потом летней передвижной труппой. Туда его, к счастью, не включили. И так довольно. Режиссер придумал для его номера новый световой эффект. Фонарики, как в луна-парке на гондолах. Сладко до тошноты, и потом, кого этим можно удивить?.. Бездарный тип.