— После моего звонка, я уверен, он все обдумает и свяжется со своим адвокатом, — с улыбкой ответил Лейт. — Сейчас еще по чашке кофе — и я снова позвоню ему. Думаю, все изменится.
Они немного поболтали за второй чашкой кофе. Потом заказали коньяк и бенедиктин. Потом Лейт набрал телефон Джезона Бельвю и попросил его к телефону. На этот раз голос президента звучал более доброжелательно.
— Послушайте, Лейт, может, действительно, не стоит обращаться к адвокатам, — миролюбиво начал мистер Бельвю. — Чем больше я думаю об этом деле, тем больше прихожу к мысли, что мисс Лэмен действительно заслуживает уважения. Но о десяти тысячах долларов, конечно, не может быть и речи…
— Она хочет, чтобы ей принесли извинения перед всем коллективом фирмы, — заметил Лейт.
С минуту президент «Точприбора» колебался.
— Это можно устроить, — наконец согласился он.
— И еще девушка хотела бы получить десять тысяч долларов наличными, — добавил Лейт.
— Подождите минутку, — сказал Бельвю, и Лейт услышал перешептывание на другом конце линии.
— Мы предлагаем две с половиной тысячи, — заявил Бельвю.
— Ничего не выйдет, — резко возразил Лейт, — десять или ничего. Как только я положу трубку, тут же направлюсь к моему адвокату. Лично я считаю, что ваша секретарша заслуживает очень приличной суммы…
— Подождите минутку, — прервал его Бельвю.
На этот раз Лейт мог слышать все переговоры вполголоса.
— Пошлите Бернис Лэмен в мой кабинет, — предложил Бельвю.
В ответ Лейт только рассмеялся.
— Ни в коем случае. Вам не удастся с ней поговорить, пока не согласитесь заплатить десять тысяч долларов. Иначе будете говорить с адвокатом.
После короткой паузы Лейт услышал бормотание Бельвю. Он пересказывал кому-то стоявшему рядом условие Лейта:
— Он говорит, десять тысяч или ничего. Это слишком много. Что будем делать? — Приняв, наконец, решение, президент фирмы сказал в трубку: — Я выкладываю карты на стол. Здесь мой адвокат. Мы все обговорили. Можем судиться, а можем и не судиться. Согласен выплатить пять тысяч наличными, чтобы покончить с этим делом.
Лестер Лейт победно улыбнулся.
— Считайте, что судебного процесса не будет, — примирительно сказал он.
— Очень хорошо. Попросите мисс Лэмен прийти в офис прямо сейчас.
Лестер Лейт положил трубку на рычаг и, потянувшись, забрал с блюдца Бернис Лэмен тысячу долларов.
Девушка смотрела на все это расширенными от удивления глазами.
— Вы хотите сказать…
— Я не могу давать гарантий, но с вашим лицом и фигурой не грех попытать счастья в Голливуде. Пяти тысяч долларов для этого вполне достаточно.
Капитан Кармайкл наслаждался сигарой и одновременно просматривал спортивную страницу утренней газеты. Идиллию нарушил сержант Экли. Держа в руках картонную папку, он решительно переступил порог кабинета.
— Что на этот раз? — поинтересовался Кармайкл, хмуро взглянув на него.
Сержант сел за стол напротив капитана.
— Опять этот Лейт, — сказал он, не скрывая отвращения.
— Что случилось? — сдвинул брови капитан.
— Бивер сообщил, что Лейт написал мне письмо. И наш агент правильно решил, что мне полезно познакомиться с его содержанием, прежде чем Лейт подпишет его и отправит в мой адрес.
Глаза Кармайкл а забегали:
— Признание?
— Сначала послушайте, — ответил сержант Экли, — потом уже сами решите.
Экли достал из папки копию письма и начал читать вслух:
«Мой дорогой сержант! Оригиналы рукописей знаменитых писателей всегда имеют баснословную цену. Возможно, я излишне самонадеян. И все же осмелюсь считать, что когда-нибудь моя собственная рукопись будет оценена знатоками в тысячи долларов. Однако вполне допустимо, что Эдгар По, Роберт Стивенсон и другие знаменитые писатели думали так же о своих рукописях. Этот мой рассказ, дорогой сержант, был отвергнут издателем, что может только повысить его цену. Во всяком случае, посылаю его вам как знак дружбы, лишь в малой мере отражающий мое восхищение вашими громадными усилиями по охране правопорядка. Даже несмотря на то, что мое благополучие страдает от вашего усердия».
Сержант Экли посмотрел на капитана:
— И что вы думаете по поводу этого письма? — Ничего, — пожал плечами капитан.
— Я тоже. Однако Лейт предупредил Бивера, что письмо будет отослано завтра. А Бивер решил, что должен увидеть его содержание сегодня.
— А что там, в рукописи? — поинтересовался Кармайкл.
Какая-то чепуха, — пренебрежительно бросил Экли. — Я просмотрел.
Капитан Кармайкл потянулся за рукописью.
