Что ты сделал полностью

Я твой друг, Эли!

— Я знаю.

Куда же подевался Билл? Я огляделась.

Каллум опустил мне на предплечье горячую тяжелую ладонь.

— Он тебя не заслуживает, наш мальчик Майки. Ты даже не знаешь, что он… что он тебе не пара.

Я не хотела слышать про Майка, потому что смутно чувствовала — это мне не понравится. И прекратила этот разговор:

— Неважно. Все нормально. Слушай, Каллум, я, кажется, видела Джоди в соседнем дворике. Она недоумевала, где ты.

Ничего такого не было, но я хотела, чтобы он ушел. Каллум, непонятно почему удрученный, обнял меня за талию. «О нет!» — подумала я и быстро нашлась:

— Мне надо идти.

— Майки тебя не стоит, — повторил он, дыша мне в лицо перегаром.

На секунду я испугалась, что сейчас случится нечто нехорошее, но тут подоспел Билл с бутылкой шампанского в руке.

— Все в порядке?

— Да, все нормально. Каллум просто малость пьян. И сейчас он идет к Джоди. Да, Каллум?

Тот отпустил меня, отступил на шаг и грустно кивнул.

— Пойдем, Билл, — сказала я. И, испугавшись, что он почувствует неловкость и решит ее сгладить, потянула его за собой.

Мы пересекли двор и через холл вышли на улицу.

— Можно пойти в парк. Там видно рассвет. Вернемся к завтраку, — предложил Билл.

— Давай.

И мы ушли. Я не следила за временем. Потом я много размышляла, сыграли ли какую-то роль все наши пересечения на балу. Может быть, пока я спорила с Майком, кто-то проскользнул в сад и напал на Марту. Или к тому моменту она уже была мертва и лежала за стеной сада Феллоуз. В то время как остальные пили, танцевали, целовались и радовались жизни.

Я в последний раз проверила, все ли на месте в чемоданчике — кошелек, телефон, зарядка… Мне очень давно не приходилось проводить ночей вне дома.

— Господи, пожалуйста, пусть все будет хорошо, — попросила я вслух умоляющим тоном.

Как же мне уйти и оставить Кэсси, которую не вытащить из постели? Она даже не включила телефон, что было неслыханно. Вероятно, ее фотография все еще ходила по Сети и могла остаться там навсегда.

— Куда ты?! — крикнул Бенджи, стоя в дверях моей спальни и наблюдая, как я суечусь над чемоданом. — Кто же останется с нами?

— Мне… мне надо кое-что уладить, чтобы помочь папе.

— Но… как же мы без тебя?

— Подожди, я скоро все объясню.

Если она приедет. Перед тем как спросить адрес, она очень долго молчала, и я не была уверена, что она решится.

— Бенджи, дай мне пройти.

Я потащила чемодан по коридору, краем глаза заметив, какой беспорядок в комнате у сына. Понятно, что она об этом подумает, промолчав, конечно.

— Ради бога, приберись! Неужели я так много прошу? Всего лишь убраться у себя в комнате!

Он вздрогнул, и я подумала, что упреки и крики могут действовать на ребенка как удары. Надо ему просто помочь.

— Ладно, давай лучше спрячем все это. — Я принялась собирать с пола игрушки и детали лего и кидать их в коробку в виде сундука.

Вдруг я заметила там что-то красное и почувствовала запах дыма.

— Мама…

— Что это? — Но я уже поняла. Я узнала этот яркий цвет. Наконец-то я нашла пропавший джемпер Майка! Мое сердце заколотилось. Что же это значит?! — Бенджи, где ты его взял?

Не знаю. — Он пытался увильнуть, я это видела.

— Скажи мне! — Мой голос прозвучал как щелчок кнута.

— В куче мусора. Мамочка, прости. Я не хотел неприятностей для папы и положил его сюда. — Бенджи повесил нос, но у меня не было времени сейчас с ним разбираться, потому что раздался резкий стук в дверь.

Кэсси побежала открывать — и это в тот единственный раз, когда я хотела бы от нее лени и безынициативности.

— Мама! — крикнула она снизу.

Я расслышала в ее голосе смущение. И тут же раздался другой голос, звук которого пронзил меня насквозь.

— Мы поговорим об этом позже, — сказала я сыну. — Пойдем вниз.

Я захлопнула ящик с игрушками и, ведя Бенджи перед собой, словно живой щит, пошла на кухню. Там ждала меня она, поставив небольшую сумку возле ног. Она выглядела старой, ее одежда — дешевой и немодной. Мне было больно смотреть на нее, и от мыслей обо всем, что она собой олицетворяла, заныло сердце. Но она была нужна мне здесь, нравилось мне это или нет.

— Кэсси, Бенджи, это ваша бабушка. Мама, спасибо, что приехала.

Дети уставились на меня. Мы с ней не обнялись. То малое расстояние, которое отделяло нас друг от друга на моей кухне, было для нас обеих непреодолимым.

Я долго ехала в поезде, потея в духоте, но, к счастью, сумев отыскать для себя место. Много людей сидело в проходе на полу, и выбраться в туалет или в вагон-ресторан мне не удалось. Я никак не могла сосредоточиться на журнале, который купила, потому что размышляла о своей жизни. Все, чем я дорожила, лежало в руинах. Раньше меня заботило, чтобы цвет посуды подходил к цвету стен, интересовали косметика и новые кремы для лица. Как далека я от всего этого теперь! Кэсси плачет, Майк в больнице, джемпер в комнате Бенджи…