Повисла долгая мхатовская пауза. Надо было срочно что-то придумывать какой-то гениальный, грандиозный финт ушами, а то разговорчик-то можно было считать исчерпанным. Пришлось мобилизовать мозговые ресурсы на полною мощность, щелкнуло, звякнуло и незамедлительно выпал джэк-пот.
– Странно, из разговора с Дмитрием Валентиновичем мы поняли, что его подруга вы. Конечно, мы могли и ошибиться, а напрямую как-то не удобно было спрашивать…
Лицо Елена сохранила непроницаемым, сильная барышня, нечего сказать, а вот взгляд ожил, заволновался взгляд.
– А когда вы с ним разговаривали?
Какая глупая и неосторожная барышня.
– Да вот, вчера, вы ж нам адрес дали, мы и поехали. Очень хорошо нас Дмитрий Валентинович принял, весьма приятный в общении мужчина. К сожалению, по нашему делу его свидетельские показания мало что дали, возможно, его подруга-супруга смогла бы помочь.
Елена смотрела на меня не моргающими глазами. Так долго я и на спор не смогла бы не моргать. Судя по виду, Елена напрочь утратила способность соображать, эдакий своеобразный ступор. Я терпеливо ждала, пока барышня придет в себя, очень интересовало меня, что же она скажет, какое первое словцо произнесет? И первое словцо, вернее фраза, меня опять не обрадовала:
– Не понимаю, с чего вы взяли, что именно я его подруга? – Она, наконец-то начала моргать. – И если вам нужна именно она, почему не спросили у Дмитрия Валентиновича ее имя и адрес?
Я не знала, что сказать.
– Мы спрашивали, – пришла на помощь Тая, – он сказал, что его подруга работает вместе с ним в «Альфаденте» и зовут ее Еленой.
– У нас в «Альфаденте» четыре Елены, почему вы приехали именно ко мне?
– Мы опрашиваем всех Елен из вашей клиники, – ляпнула я.
– Почему же вы не спросили у Дмитрия Валентиновича, какую конкретно Елену он имел в виду? – и снова уставилась на меня жутковатым взглядом василиска.
Теперь уже мы с Тайкой обе не знали что сказать. Следовало признать поражение и отползать на выход. Кое-как замяли разговор, скомкано распрощались и ретировались из жилища Елены Владимировны.
– Здорово мы все испортили, да? – с издевательской радостью произнесла Тайка, поднимая воротник куртки и натягивая шапку по самый нос, в надежде защититься от резкого ветра и колючего снега. – А все почему? Да потому что мы ни о чем заранее не договорились и не разработали маломальского плана! Будем действовать по обстоятельствам! Классно получилось, нечего сказать!
– Погоди ты шуметь, – я огляделась по сторонам, – у нас все получится?
– Что именно? Все уже испортили, что могли!
– Да ничего мы не испортили! – огрызнулась я. – Иди за мной!
– Куда?
– Идем, говорю, скорее!
Схватив вредину за рукав, я потащила ее вглубь двора к бестолково натыканному гнезду гаражей-ракушек. Спрятавшись за гаражами так, чтобы просматривался подъезд в доме Елены, я объяснила свои действия Тае.
– У меня нет никаких сомнений, что наша Елена – та самая Елена, которая нам нужна…
– Кстати, а зачем ты ей сказала, что мы с Маршавиным разговаривали вчера? – Тая старалась держаться подальше от гаражей, чтобы не испачкаться. – И вообще, зачем мы здесь? Люди могут подумать, что мы чего-то грабим.
– Не успеют, долго мы тут не задержимся, – я пристально вглядывалась вдаль. – Как ты могла не оценить грандиозность тактического хода? Представляешь, в каком смятении чувств сейчас пребывает Лена? Она ведь уверена, что Маршавин мертв, а я возьми, да и скажи, что мы вчера с ним по душам болтали. И как ты думаешь, что она сейчас сделает?
– Что?
– Поедет к нему домой, Тая! Ну почему ты не хочешь пользоваться головным мозгом? Это очень полезный предмет, поверь мне! Елена поедет к нему, чтобы выяснить, в чем дело, мы тихонечко проследуем за нею и там уже, на месте преступления, у нас состоится совсем другой разговор.
– И ты думаешь, она вот прямо так выскочит и побежит к Маршавину? – недоверчиво хмыкнула Тайка. – По-моему, Сенофондик, ты малость заигралась в детективов. Идем домой, мне холодно.
– Не сейчас, дорогуша, – довольно улыбнулась я. – Сначала доведем дело до конца. Вон наша Елена, как миленькая и выскочила, и побежала. Даже пальто не застегнула.
То и дело переходя на бег, Елена торопилась к метро. С непокрытой головой, в не застегнутом пальто, она неслась, поминутно поскальзываясь на мокром снегу. Мы с Таюхой бодро галопировали за нею следом, не особо конспирируясь – Елена бежала, не разбирая пути-дороги и не обращая внимания на окружающих. А вот в пустом вагоне нам пришлось отойти в другой конец, дабы Елена ненароком не заметила знакомые персоны. Но беспокойство оказалось напрасным, барышня забилась в уголок сидения и всю дорогу просидела в одной и той же позе, не поднимая головы.
– Что-то я немного за ее психическое состояние опасаюсь, – сказала сердобольная Таечка, когда мы вышли из вагона следом за подозреваемой.
– Чего вдруг?
– Неадекватно она себя ведет.
