Что в имени твоем, Байкал полностью

Под названием Ламу озеро часто упоминается в эвенкийских преданиях. Послушаем одно из них в переводе М. Г. Воскобойникова (Эвенкийский фольклор. Л., 1960):

Давным-давно род киндыгир жил где-то там, не зная Байкала. Однажды их шаман увидел Байкал и сказал:

— Я хорошее место вижу. Но народу там, словно леса много.

Трижды шаман зажигал лес, чтобы проложить дорогу к Байкалу.

По этой дороге народ пришел на Байкал.

В то время здесь жили племена монголов. Завидев киндыгиров, эти племена пустились в бегство и спрятались в скалы.

У монголов была девушка, сильная была. Эта их девица прорубила скалу, образовала дорогу. По этой дороге монголы убежали от киндыгиров. Киндыгиры же с тех пор остались на этих землях, на Байкале.

Предводитель киндыгиров сказал своему племени:

— Ну, теперь здесь оставайтесь! Здесь много зверя и рыбы. Жить можно хорошо. Скоро я умру, и вы схороните меня на острове, около речки Душкачанки.

Умер вождь киндыгиров. Схоронили его сородичи и отправились кочевать далеко в горы, от Байкала до реки Мамы.

На реке Маме киндыгиры встретили другой род — самагиров — и начали с ними воевать.

В былые времена территория, на которой жили эвенки, была намного шире, чем сейчас. И об этом можно судить по географическим названиям, обнаруживающим связь с эвенкийским языком либо по корневым основам, либо по способу словообразования. Например, на Руси в таких, казалось бы, исконно русских названиях, как Вычегда, Вологда, Онега, Пинега, Няндома, Волоколамск и другие, явно видны признаки эвенкийского или, во всяком случае, тунгусо-маньчжурского происхождения.

В Сибири тесное общение эвенков с якутами привело к тому, что эвенкийское ламу проникло в якутский язык. И довольно глубоко. Охотское море якуты стали называть Ламу байагъал, присоединив к эвенкийскому названию свое слово, обозначающее «море». Дорога, ведущая с Лены на побережье Охотского моря, стала именоваться Илин Лаамы суола — Восточная Ламская дорога, город Охотск — Лаамы. Более обстоятельно, с привлечением многих топонимов, этот вопрос рассмотрен якутским топонимистом Багдарыыном Сулбэ^{10}.

Районы Околобайкалья к моменту прихода в край русских, в XVII в., были заселены преимущественно многочисленными племенами эвенков (тунгусов).

Буряты на побережье Байкала жили только на Ольхоне и в Приольхонье, по Голоустной, в устье Селенги. В бассейне Иркута обитали тюркоязычные сойоты и самодийское племя кайсотов (ирхитов). В 1643 г. на Байкал по приказу якутского воеводы П. П. Головина отправился Курбат Иванов во главе отряда, состоящего из 26 служилых и 48 промышленных и гулящих людей.

Карта расселения племен и родов народов Сибири в XVII в. Из книги «История Сибири с древнейших времен до наших дней».

Условные обозначения: 1 — монголы, 2 — тюрки, 3 — самоеды. Не заштрихованы районы расселения тунгусских родов и племен.

Проводником отряда выступал тунгусский князец Можеул. 2 июля отряд подошел к берегу Малого моря, построил суда и переправился на остров Ольхон. Отсюда Иванов отправил группу из 36 казаков и промышленных людей во главе с десятником Семейкой Скороходовым «вверх по Ламе на реку на Ангару». Скороходов прошел по западному берегу Байкала до Верхней Ангары, поставил здесь зимовье, собрал ясак с местных тунгусов и дошел побережьем до Баргузина. Так первые русские землепроходцы появились на Байкале и от эвенков (тунгусов) узнали об их названии озера-моря — Ламу. Князец Можеул, который выступал в качестве корреспондента русских служивых людей еще до Курбата Иванова, сообщал, что еще раньше (видимо, в 1640 г.) ходили «по Ламе в судах русские люди казаки… а отколева те казаки пришли и давно ли по Ламе ходят, того не ведают»^{11}.

В русских документах долгое время под названием Ламу понимались разные географические объекты: Северный Ледовитый океан, Охотское море, озеро Байкал, что вносило изрядную путаницу, усугублявшуюся еще тем, что землепроходцы по собственному радению этим же именем называли Амур.

От эвенков русские получили и сообщение о том, что «брацкие» люди (буряты) называют озеро иначе — Байгал. Об этом определенно говорил тот же князец Може-ул: «А Ламу называют брацкие люди Байкалом озером…»^{12}. В первых русских документах, перемежаясь, эти два названия и шли рядом, рука об руку. Эвенкийское Ламу на первых порах было даже более употребительным. Более того, русские документы со всей очевидностью показывают, что название Байгал по первости русские относили к самостоятельному озеру, которое, как они думали, расположено рядом с Ламу. Это явствует из следующего документа: