В страхе и отчаянии прекрасная Франция молила мир о помощи: она чувствовала, что пробил решающий час… Было ясно, что за германцами в Европу идут красные войска — и это грозило катастрофой. Французский народ, с энергией отчаяния, делал все для организации защиты и, вопреки надеждам Москвы, был единодушен и проявлял обычный горячий патриотизм Но это была только энергия отчаяния: Франция понимала, что она не сумеет одна справиться с опасностью и в действиях французов, несмотря на кажущуюся целесообразность, были растерянность и обреченность. В Лигу Наций летели телеграммы одна за другой. Но Лига Наций запуталась в резолюциях и пленарных заседаниях и ничем не могла помочь. Ее никто не слушал.
Франция обратила свои умоляющие глаза на Англию, но кроме обещаний ее получила ничего, так как решительный час пробил и для Британской империи. Эта страна была объята тяжелыми внутренними волнениями. Более четырех миллионов рабочих промышленных районов бастовали и требовали полнейшего нейтралитета Англии в начавшейся войне, которую рабочие называли освободительным походом против капитала. Все призывы английского правительства о помощи Франции, все напоминания о долге чести, о необходимости снова защищать то, что защищалось в Великую войну, — оставались безрезультатными. Рабочие издавали контрвоззвания, в которых называли призывы правительства новой авантюрой, и говорили, что рабочие никогда не повторят глупости 1914–1918 г.г. — той глупости, которая поставила рабочий класс в невыносимое экономическое положение и создала великую мировую безработицу. На призывы правительства отозвались десятки тысяч офицеров и солдат Великой войны, но эти десятки тысяч были каплей в море и эта капля ушла на охрану внутреннего порядка в Англии.
Воспользовавшись благоприятным положением, снова востала Ирландия. Началась кровавая, беспощадная гражданская война. Пол знаменем пророка началось восстание в Египте. Повстанцы снабжались оружием из Турции и СССР и движение приняло грозные размеры. 10-ти тысячный советский отряд был отправлен в Турцию с целью вести борьбу против Англии и Франции в Малой Азии и для наступления на Суэцкий канал. И, наконец, самый страшный удар Британской империи был нанесен в Индии.
Это нашествие началось в один чудный, солнечный день в горах Индии, в долине реки Гомал. Британский военный пикет в горном проходе неожиданно был окружен и обезоружен дикими афганскими всадниками. И перед глазами изумленных английских солдат, через горный проход полились массы незнакомые войск. Проходила афганская кавалерия — махсуды и афридии на горячих горных лошадях, трусили на низкорослых лошаденках туркмены, сарты, хивинцы, бухарцы, башкиры и татары. Стройными рядами тянулись бесконечные ряды пехоты — высокие, светловолосые люди в защитной форме со звездой на богатырках, стальных касках и фуражках, запыленные и загорелые, но веселые и шумные. Гремели батареи, подскакивая на ухабах, и регулярная советская кавалерия наполняла топотом горные ущелья.
Англичане смотрели на эту картину весь день, но и вечером, когда их увели для допроса в штаб советского командующего, этот поток вооруженных людей продолжал струиться, направляясь через горные проходы туда, где течет древняя река Инд…
Советская армия вторглась в Индию…
Первый крупный бой с английскими войсками произошел при переправе советских войск через Инд у Дера Измаил-Хан. Этот бой тянулся всего только два часа и закончился полным разгромом англичан, быстрому поражению которых помогла измена сипаев, входивших в британский корпус, и батальона диких вазиров, посланного в обход советского авангарда. Благодаря восстанию в тылу, железная дорога Карачи-Бавальпур-Дели была захвачена индусскими повстанцами. Советская армия начала быстрое движение на восток, на соединение с вторгнувшейся в Пенджаб со стороны Кабула 2-ой красной армией, которая, наступая вдоль железной дороги Пешавар-Лагор, была в ста километрах от Лагора.
Эти события были сигналом к восстанию индусов. Семена, посеянные Махатмой Ганди, дали плоды. В один день поднялись против англичан Пенджаб, Кашмир, Раджпутан, Ауд, Бенгалия и зависимые от Англии Непал и Бутан. Во главе восстания стал европейски образованный, известный общественный деятель и индусский писатель, друг Ганди, ревностный противник англичан раджпутанский князь Рама-Шудор. Он всеми силами старался, чтобы восстание не омрачилось никакими зверствами и расправами над англичанами, но все же кое-где эти зверства нашли себе место. Так, в Лукнове в одну ночь были перерезаны самым беспощадным образом около 2,000 англичан — мужчин, женщин и детей.
