Размеренная жизнь Мериды Дарнброх перевернулась с ног на голову, когда чёртов Джек Фрост оказался её соулмейтом! Ну, ничего, она так просто не сдастся и уж, тем более, не будет мириться с такой судьбой.
========== 0. Встреча в кафе ==========
Всё началось в тот самый день, когда Рапунцель умудрилась вытащить её после уроков в кафе, чтобы съесть мороженого и просто поболтать о чём-то своём, девчачьем. Именно тогда Мерида Данброх пребывала не в самом лучшем расположении духа, колеблющемся от апатично-вялого до агрессивно-раздражительного. Не то чтобы Мерида не любила мороженое — как раз наоборот, да и в милой кафешке «У Браунов» оно всегда было просто восхитительным. И не то чтобы Рапунцель была плохим другом — она дружила с ней ещё с начальной школы, никогда не предавала и всегда была готова прийти на выручку, когда бы она ни просила. Да и погода на улице была просто великолепной — стоял жаркий май, на небе не было ни облачка, и все жители их американского городка уже успели облачиться в лёгкую летнюю одежду. Нет, Мерида приуныла вовсе не из-за этого.
Слушая непрерывную болтовню подруги, девушка вяло ковыряла ложкой свое мороженое в блюдечке — фисташковое с орехами — и размышляла о том, что, похоже, на всё лето она останется одна. Ибо, в отличие от друзей, совсем не придумала себе какое-либо предназначение, что заняло бы её во время каникул. Иккинг вместе со своей подругой Астрид устроился волонтёром в приют для животных в соседнем большом городе — полчаса езды. Рапунцель напросилась в декораторы местного театра — ведь у неё явно талант к живописи. Даже Туоф — её соседка и подруга детства, сейчас студентка медицинского института — даже она пошла в ассистенты в стоматологическую клинику. И только одна Мерида Данброх совершенно не знала, чем себя занять, и от безысходности записалась в носильщики почты, чтобы хоть немного заработать денег себе на колледж. Не сказать, что её семья не могла позволить себе оплатить полностью обучение. Просто Мериде по-настоящему хотелось стать самостоятельной, независимой от родительской опеки, учитывая то, что через год вынуждена будет покинуть родительский дом.
А, да, ещё один нюанс. Уже у всех них, кроме Мериды, проявилась метка соулмейта — написанные почерком избранника их же имена. И все они уже отыскали свою любовь — Иккинг всегда возился с Астрид, Рапунцель ещё класса с девятого сохла по старшекласснику Юджину Фитцерберту (и каково же было её удивление, когда месяца три назад его имя проявилось у неё на запястье после того, как он пригласил её прогуляться. А потом всё закрутилось, завертелось, и сейчас они — неразлучная парочка). Туффианна тоже вернулась с университета под руку с высоченным (в сравнении с миниатюрной Туоф) Альбертом с наколками на руках — к шоку её родителей-дантистов. А вот тыльную сторону запястья юной Данброх всё ещё не украшала надпись, делая ожидание мучительным. Об этом никто не знал — только Рапунцель, да и повязка надёжно всё скрывала.
— Эй, Рида, ты меня вообще слушаешь? — спросила у неё подруга.
— Что? — встрепенулась та. — А, да…
— А как же, — хмыкнула Рапунцель и, поправив упавшую на глаза длинную прядь светлых волос, задала вопрос: — Ты опять начинаешь грустить?
— Нет, — соврала Данброх. — Просто задумалась… ну, знаешь, о домашнем задании. Его так много задали сегодня, ух!
Рапунцель Краун одарила её скептическим взглядом, но всё же не стала развивать эту тему. Оправив лиловый сарафан, сидевший на её тонкой девичьей фигурке как влитой, она перевела разговор в другое русло:
— Ты не против сегодня зайти со мной в художественный магазин? У меня как раз закончились все жёлтые краски, а мне ещё потолок гостиной красить…
В доме девушки уже нельзя было найти места, которое она бы не расписала: увлечённая процессом, Краун могла часами стоять на стремянке, нанося один за другим слои краски на стены, потолки, мебель… Родители девушки не возражали против её увлечения, а наоборот, поощряли его. В отличие от матери и отца Мериды — те держали ту и её трех братьев в строгих рамках, хоть и любили своих отпрысков не меньше.
— Конечно, Рапс, — ответила Данброх, одарив подругу старым смешным прозвищем, которым она нарекла её ещё с начальной школы, и зачерпнула побольше мороженого.
За спиной звякнул дверной колокольчик, оповещая о приходе новых посетителей, и Рапунцель, посмотрев на них, тихо охнула, быстро взглянула на Мериду и тут же отвела взгляд.
— Что там? — с набитым ртом озадаченно спросила она, вопросительно вскинув бровь.
— Ох, ничего, — поспешно проговорила Краун — но, конечно, солгала, — ты лучше не смотри!
Но было уже поздно — любопытство одолело юную Данброх, и та обернулась, чтобы поглядеть на вошедших. И едва не поперхнулась мороженым, которое медленно таяло во рту.
Там стоял Фрост. Джек Фрост. Или же Джек, мать его, Фрост.
Тряхнув густыми рыжими кудрями, Мерида резко отвернулась и звякнула ложечкой о блюдце. Да что ж за день сегодня такой!
