Войдя в дом, сваты начинали иносказательный разговор: «Мы сватами к вашей милости. У вас есть стог годовалый, а у нас жеребенок неезжалый. Нельзя ль у вас стог купить, да жеребенка накормить?» Или: «Я пришла не лапти плесть, а родню завесть». Сватов усаживали за стол и, независимо от того, собирались ли отдавать дочь замуж или нет, сытно кормили и оказывали радушие. Этого требовал непреложный закон гостеприимства. Сваты приходили тоже не с пустыми руками. Они приносили с собой хлеб (традиционный каравай) и вино. Иногда - шкатулку или берестяной короб с подарками для невесты («девичьими безделицами»). Если дело шло на лад, девушка им нравилась и ее родители были согласны на брак, то невеста разрезала принесенный сватами хлеб и угощала всех присутствующих. С этого момента она считалась «просватанной». Принесенное вино также выпивали, «пропивая» невесту, и сватам вручалось вышитое полотенце для венчания, а также полотенца для дружки и свашки, которыми они обвязывались на свадьбе. Если же дело «не клеилось», все гостинцы возвращались обратно. Отказывали тоже не прямо, опасаясь обидеть' хороших людей, а посылали их «коряки лупать», «арбуз испечь» или «чайник навесить». Иногда давали, в знак отказа, тыкву. Согласия невесты на брак обычно не спрашивали, последнее слово всегда оставалась за отцом, и девушке приходилось смиряться и говорить родителю: «Из вашей воли не выйду». Сваты и родители невесты «били по рукам», т.е. пожимали друг другу руки в знак закрепления договора о браке. Этот обряд назывался «рукобитьем» или «сговором».
После того, как девушка была просватана, отправлялись «смотреть углы» - хозяйство жениха. Особенно ценилось обилие хлеба и скота, затем — посуда и одежда. Бывало, что жених, желая выставить себя в лучшем свете, шел на обман. Так одна пожилая казачка призналась, как ее выдали замуж «за семь хомутов»: «Жених посватался из дальней станицы. Сваха очень хвалила. Поехал отец с матерью дом смотреть, видит, в конюшне семь хомутов висят. “Ну, - думает, - богато живут”. Спрашивает: “А где кони-то?” - “Да мальчишка повел в поле, притомились на работе”. А когда замуж вышла, смотрю - а одна лошадь всего. Хомуты-то у соседей взял напоказ. Вот так!»
В казачьих станицах жених делал «кладку» (то есть «вклад») на свадьбу: дарил родителям невесты деньги, продукты, одежду, посуду или что-то для приданого — одеяло, шаль или юбку, иногда даже свадебное платье и туфли. Кладка не оставалась у родителей невесты, а вся шла на свадьбу. Так же осматривали приданое невесты. В него обычно входила постель (перина, одеяла, подушки), полный наряд невесты, украшения (особенно ценились янтарные бусы, нитки жемчуга и серебряные цепочки), подарки жениху и свекру (рубаха и кальсоны), подарки свекрови (нижние рубашки, ткань на сарафан, платки) и всем родственникам - полотенца собственного рукоделия. За приданым в дом невесты на второй день свадьбы приезжали свашки жениха и выкупали его у младшего брата или сестры, которые сидели на сундуке с добром и «продавали приданое».
После смотрин наступало время подготовки к свадьбе. У казаков невеста в сопровождении подруг сама обходила всех соседей и приглашала на свою свадьбу.
А на русском Севере существовал очень интересный обычай «закрыванья невесты». Об этом дне соседи и родичи узнавали заранее, поэтому сходилось много гостей. После совместной молитвы перед иконами зажигали свечу, и отец накидывал на голову дочери-невесты платок («фату», «фатку»), натягивал на лицо и после этого говорил: «Просватали!» Невеста пыталась задуть свечу, убегала, пыталась скрыться от отца, избежать закрыванья, но подружки ее догоняли и возвращали. Просватанная девушка, всем своим видом показывая горе, начинала причитать:
«Схожо красное солнышко,
Ты мой кормилец-батюшка,
Я у тебя буду спрашивать,
Об чем огни загоралися,
Об чем Богу молилися.
Из солдатов есть выходцы,
Из острогов есть выпуски,
А уж вы мне, молодешеньке,
Без конца срок положили».
Невесте полагалось причитать до самой свадьбы — то есть несколько дней. Изливая свое горе от расставанья с родимым домом, невеста причитала до хрипоты, а если у нее уже не было сил, то подруги помогали ей причитать, а сама она только охала.
Северный свадебный обряд вообще отличается большей театрализованностью, чем южный. Только побывав на северорусской свадьбе можно понять, что значит «сыграть свадьбу». В южных губерниях невесты тоже причитали, но недолго, и, в основном, это делали сироты на кладбище, испрашивая у умерших родителей благословение на брак.
