- Говорить о себе в другом лице крайне неразумно. Ибо чтобы разгадать хотя-бы одну загадку стоит всегда говорить прямо.
- Моему господину надоели все эти уловки.
- Прежде чем еще один человек вольется в узкий круг союзников – придется действовать по нашим правилам.
- Если сокрытое зло будет уничтожено; в таком случае я согласен.
- Как думаешь, о чем они говорят?
Слегка уловимый слуху кристаллический звук:
- Боюсь это не наше дело. Великое зло обитает в городе Арксбург. И пока есть возможность, хотя бы шанс на то чтобы увеличить шансы на победу; приходится закрывать глаза на многое.
Сказанное звучало очень странно. Но Лавочник не стал задаваться бессмысленными вопросами, и потому списал все на метафору.
- Какие действие мне стоит предпринять?
- Пока не будем торопиться – ибо хороший стратег всегда ценить терпение как самый ценный ключ. А тот, у кого есть ключи ото всех дверей имеет возможность быть победителем.
«Красивые слова. Но в глубине души мы оба знаем насколько может быть сурова смена обстоятельств.» - Нечего сказано не было. Но какой смысл от всего этого. Когда имеешь дело с могущественной сило, утаить какой- то секрет становиться непосильной задачей.
Стремительно начавшаяся беседа в главном зале подошла к завершению. И потому; бывшего епископа пригласили в личные покои языческого короля. Никогда не знаешь какие подробности придется обсудить. Древесный страж указал на свободное кресло, которое было обшито зеленным бархатом. Многочисленные узоры древней культуры покрывали спинку и четыре ножки.
- Полагаю стоит обсудить некоторые ключевые цели нашего с вами сотрудничества, - главный наставник не по-человечески улыбнулся, словно за всеми речами могло крыться нечто ужасное. – А также что вы можете дать взамен.
- Взамен?
- Конечно. Это могут быть различные ценности. И речь сейчас вовсе не о деньгах и каких-то вещах. Я говорю о жизни и воле к борьбе. В обмен на силу всегда приходится чем-то жертвовать. Иногда мы вынуждены отдавать часть себя во благо чего-то большего.
- Конечно.
- Вы должно быть догадываетесь почему сидите здесь – когда все верные мне помощники вне досягаемости.
Глаза старого епископа не отрываясь смотрели на Главного Наставника; будто пытаясь что-то найти. Но Дух Мабона не из тех, кто позволяет разгадать собственные секреты. Баллом правят могущественные. И к разочарованию Ульрика встречный взгляд собеседника подтверждал все пагубность обстоящей ситуации.
«Когда сидишь напротив неизведанной силы – ужасно представить какого это встретить истинную беду этого маленького городка. Если Главный Наставник; как он просит себя именовать, не в силах остановить напасть – тогда какого обычному человеку перед лицом бесконечного ужаса.»
-Если честно, не имею даже понятия.
Снова таинственная улыбка. Руки сложены в вычурной позе – говорившей лишь о превосходстве.
- В этой борьбе не исключено что каждый должен внести определенную лепту. И теперь перед лицом великой опасности – вы готовы умереть за эту цель?
«Ужасная, и к тому же неравная борьба заставляет поднимать ставки все выше пока наконец одна из сторон официально не признает банкротство. Ситуация складывается не лучшим образом. Одно дело признать поражение – расторгнув контракт с какой-нибудь влиятельной компанией. Но совсем другое, когда осознаешь, что все что было так мило в этом городе будет безжалостно стерто».
- Старость застала это тело в совсем не походящий момент. Во времена молодости была цель….
- Позволь угадаю – насылать гонение, и искоренять и без того не многочисленный народ - я помню те дни.
Было видно даже глупцу: Ульрик испытывал глубочайшее раскаяние. Главный Наставник более не проявлял эмоции. Вся суровость и печаль прошлого была запечатлена в одном взгляде. Глаза цвета едва зеленоватого мха неустанно твердили «Епископ и ему подобные истинное зло.»
То было когда-то давно. Теперь же роль великого соперника взяла загадочная личность. Через силу приходится признать одно: Враг моего врага – мой друг.
- В те дни я был молод и глуп. И даже неизбежная зрелость не научила - как по-настоящему правильно нужно поступать. Ошибок и грехов более невозможно исправить, - с великой печалью бывший епископ направил все свое убеждение в сторону собеседника. – Но есть возможность не совершать новых.
Главный Наставник не мог не признать всё упорство человека – проживающего последний этап и без того короткой жизни.
- Думаю вопрос можно считать полностью закрытым.
- И что теперь?
Главный Наставник вышел из-за стола – взор был направлен на один из витражей. Столько печальных воспоминаний. Несомненно, бывший епископ заставил многолетнею рану вновь напомнить о себе. Развернулся и спокойно промолвил:
- Впереди великое противостояние.
***
