Есть еще один пример, иллюстрирующий это самоосвобождение без усилий: завязанная в узлы и брошенная в воздух змея при падении на землю развязывает все узлы без больших усилий. Против этого примера выступал один из ученых школы гелуг, который критически относился к учению Дзогчен. Он говорил, что этот пример неудачен, поскольку завязанная узлами и подброшенная в воздух змея — это не та же змея, которая развязывает узлы при падении на землю. Это не та же змея в том смысле, что змея не существует постоянно, а изменяется от одного мгновения к другому. Однако мы в Дзогчен не подразумеваем под этим примером существование постоянной самости, имеется в виду непрерывность мгновений ее существования. Например, когда мы заказываем ювелиру кольца, мы должны заплатить ему за изделие. Но не платим ли мы не тому, кому следует? Разве это тот же ювелир, который изготовил кольца? Он не является "тем же" ювелиром, он — продолжение того ювелира. Это то же самое, что и в случае со змеей: для достижения понимания самоосвобождения важно осознать продолжительность, непрерывность самости.
В случае с практикующим среднего уровня возникновение страсти сравнивается с изморозью; для того чтобы ее растопить, требуется тепло. Тепло — это находящийся в уме наблюдающий, который растапливает страсть; и для наблюдения и осознания возникающей и расворяющейся страсти требуется некоторое усилие. Усилие обязательно присутствует. Недостаточно просто сказать: "Это самоосвобождение", так как это не сработает: мы должны что-то делать.
Что касается практикующего низшего уровня, то в добавление к примеру, содержащемуся в оригинальном тексте, я придумал свой: это иллюстрация того, как с изменением обстоятельств могут меняться и элементы учения. В увеселительных парках (а также в казино) Америки есть игра, заключающаяся в том, что необходимо молотком наносить удары по мишеням в форме голов. Если вы действуете быстро, вам хватает времени на то, чтобы ударить по всем головам по мере их появления. Когда я играл в эту игру, я увидел в ней хорошую аналогию возникающих мыслей. Если мы неспособны сохранять состояние созерцания или интегрировать страсти при их возникновении в повседневной жизни, тогда мы должны пытаться замечать их и что-то делать с ними после того, как они возникают; таким образом мы наносим "удар по страстям". Более традиционный пример, содержащийся в тексте, гласит, что мы должны прийти к согласию между собой и своими мыслями и страстями. Если возникает какая-либо страсть, например, зависть, мы обращаемся к ней и задаем вопрос: "Зачем такие волнения? Не нужно создавать такое беспокойство и будоражить меня!" Мы пытаемся наблюдать и вступить в общение со страстью, доказать, что ей не нужно появляться и беспокоить нас. Таким образом мы приходим к согласию с ней, с самим собой, а также с бесполезными и ненужными мыслями, которые привносят беспокойство в нашу жизнь и практику. Если мы неспособны достичь интегрирования, как практикующие высшего или среднего уровня, мы должны добиться успеха в достижении согласия с нашими мыслями, с тем чтобы иметь хорошую основу, как практикующие и просто как люди.
Что касается трех путей самоосвобождения страстей — если мы находимся на низшем уровне практики, мы не должны думать, что каждый раз, когда возникает такая страсть, как гнев, происходит ее самоосвобождение в силу того, что мы слушали много учений Дзогчен об интегрировании и самоосвобождении страстей, а также в силу того, что мы считаем себя практикующими Дзогчен. Мы должны найти и начать применять конкретную практику, подходящую к нашим способностям и ситуации с тем, чтобы достичь освобождения и интегрирования страстей, иначе мы будем просто обманывать самих себя. Однако, если метод самоосвобождения в нашем случае не срабатывает, это не значит, что он является недейственным: он действен для практикующих более высокого уровня. Он не срабатывает для нас из-за того, что мы еще не развили в себе эту способность, а также из-за того, что мы выносим дуалистические суждения и слишком обусловлены различным обстоятельствами.
