Так глупо, что даже было смешно, но она точно знала, что ничего такого не подписывала, и уличить ее в мошенничестве никто не мог, даже если кому-то очень захочется.
В конце Нина огорошила тем, что ее ждут в офисе и если через полчаса девушка не будет там, то, скорее всего, попадет за решетку уже сегодня. Самира только хмыкнула. Ее отец — один из лучших адвокатов, ей не о чем беспокоится, так что она была готова все решить, поехать, убедить всех в том, что в грязных играх участия не принимает.
Конечно, лучше было собрать вещи и первым поездом домой выехать, но Самира должна была убедиться, что ее отъезд не будет квалифицироваться как попытка к бегству, иначе подозрения к ней и обвинения были не беспочвенны. По крайней мере, так выглядело. Не хватало ей еще проблем с законом кроме того, что ее жизнь итак катится в бездну!
— Хорошо, — сказала раздраженно девушка и взяла небольшой джинсовый рюкзак, который уже успела упаковать кое-какими самыми нужными вещами. Остальные вещи она заберет потом.
Самира вышла, и выражение лица Василия говорило ей о том, что он испытывает разную гамму чувств. Сверкая гневными глазами на сестру, он с таким же неподдельным чувством тоски смотрел на Самиру. Он хотел помочь девушке, но не знал как. Все просто, ясно и понятно, стоило только взглянуть ему в лицо! Этому душевному доброму мужчине определенно что-то известно, и как жаль, что Самира не прислушивалась к его разговору с сестрой! Может быть, ей все же не стоит ехать в этот офис? Может быть, ей стоит позвонить сейчас папе и рассказать все как есть?
Это может сулить скандалом и навредить не только Галине Сергеевне, но и всей их фирме! Да и дружба папы с начальником будет под угрозой. Скорее всего, начальница бухгалтерии тоже об этом подумала и решила исправить ситуацию. Нужно ехать, нечего зря беспокоить отца.
И тут Василий внезапно вызвался помочь отвести девушку к офису, к которому на автобусе минут 15 ехать было. И Самира, понимая, что зря напихала свой рюкзак, не стала отказываться от этой помощи и тепло поблагодарила. Она надеялась, что этот мужчина объяснит ей по дороге, в чем там дело. А он точно хотел это сделать, зачем бы он предлагал ее подвезти? Нине он с угрозой во взгляде посоветовал остаться дома и ждать их. Женщина не рискнула перечить брату и без сил опустилась на стул в прихожей, смотря на закрывшуюся за ними дверь.
В машине Самира не решалась заговорить первой, она ждала от Василия каких-то слов, но он молчал. В итоге-таки она не выдержала и спросила.
— Что происходит, Василий? Я чего-то не знаю? Что рассказала вам Нина? Я же точно слышала, что ваш разговор был обо мне. Мне итак не легко, я хочу знать все, что происходит и все чего я не знаю.
Мужчина выслушал, но хранил молчание, изредка поглядывая на нее в зеркало заднего вида. Его крупные плечи были опущены то ли от усталости, то ли от тяжести дум. Это немного выводило из себя, поэтому девушка решила оставить его в покое, даже разочаровавшись. Ладно! Пусть молчит, если ему нравится игра в молчанку.
И Самира попыталась успокоиться, облокотившись на спинку сиденья, и начала приводить свои мысли, скачущие как пугливые мартышки, в порядок. Ей ничего так сейчас не хотелось, как оказаться в своей квартире дома и лечь в свою кровать, где ее никто не потревожит. Иногда простые радости напоминают о себе в самые неподходящие моменты. Чего ей не сиделось дома?
Причины, по которым она согласилась на поездку во Львов, казались ей теперь самыми, что ни на есть, смешными. Вот она дуреха! Ну и сидела бы, пусть бы все узнали о ребенке, пусть какие-то чудеса происходили рядом. Разве это так страшно по сравнению с тем, во что она ввязалась сейчас?
Прошло минут десять, потом двадцать, а затем только Самира очнулась и поняла, что они едут не той дорогой. Внимательно рассмотрев незнакомые улицы, девушка осторожно поинтересовалась:
— Мы точно в офис едем? Я не помню этой дороги.
В ответ получив молчание, она серьезно начала волноваться. Ее тревога усиливалась по мере того, как она поняла, что они направляются выезжать из города. Василий не был похож на рецидивиста, и он хотел ей добра, она чувствовала. Но то, что Самира не в курсе того, что происходит без ее на то согласия не просто пугало, но и очень сильно злило.
— Василий. — твердо сказала она, пытаясь держать себя в руках. — куда мы едем?
— Я отвезу тебя к одному человеку, где ты пока остановишься. — наконец обрел он голос
— К какому человеку? — было возмутилась Самира, чувствуя прилив тошноты от страха за то, что сейчас она вообще не может руководить своей жизнью и другие люди распоряжаются ней как куклой, — Ты что это удумал, я не хочу, чтобы казалось, что я участвую в этой махинации! Вези меня в офис немедленно!
— Ты підисувала деякі папери і тобі готують пастку в цьому офісі.- коротко сообщил Василий, вспомнив и свой родной язык, — Вважаю, що поки тобі треба бути там, де тебе не знайдуть.
Самира задумалась.
— Я ничего не подписывала. — с уверенностью сообщила она. — Я точно помню, что и когда я здесь подписывала! Ничего такого!
