Вечером Тимур и Рита шли к Даниилу домой в надежде узнать хоть что-то. Тим ничего не рассказал Рите, но на душе было гадко. Конечно, они понимали, что им вряд ли что-то скажут, но Тим был настроен решительно, а Рита зарядилась этой решимостью от него. По дороге она услышала от него интересную историю о том, что у него и Самиры было свидание, и в конце Тим добавил, что настроен серьезно. Такое откровение было не свойственно Тимуру. Он был весельчак и болтун, конечно, но весьма скрытная на деле особа.
— И как серьезно? — усмехнулась Рита, убирая рыжую кучерявую прядь обратно в пучок, — Зная тебя мне в это не верится.
— Если хочешь знать, я намерен жениться. — пошел дальше Тимур, даже не видя проблемы в том, что он раскрыл карты главной болтушке их офиса.
Это лучше, может быть и до Самиры дойдет, где бы она ни была. Самое важное было для него сейчас найти ее и поговорить.
Девушка, идущая с ним рядом, прыснула со смеху, ни капли не поверив Тимуру.
— Ага, как же! Так я и поверила!
— Ты можешь мне не верить, но это у меня практически впервые, она очень мне дорога.
— Практически? — переспросила Рита, не переставая улыбаться, и поглядывая на забавного парня
— Ну да… Впервые такое со мной было в шестом классе, — вздохнул он, — Но она была моей математичкой, замужем, мне тогда ничего не светило.
Рита продолжила смеяться. Все-таки Тим чудак еще тот. Ей даже странно было его представить рядом с Самирой. Его, шутника, перекати-поле, пусть и неплохо стоящего в плане заработка, но совершенно не прогнозируемого, рядом с девушкой нежной, слабой и ранимой, какой ее знала Рита.
Хотя серьезный жених тоже Самире не подошел, вспомнила девушка о Кирилле, и вдруг ее посетил ужас. Рита совершенно забыла о беременности подруги! Скорее всего, Тим об этом ни сном ни духом, и скорее всего исчезновение подруги с этим и связано. Наверное, она и ее папа решили, что ей лучше родить где-то там, где ее никто не знает. Как же она раньше об этом не подумала!
Рита с ужасом посмотрела искоса на Тима, и поняла, что отец Самиры прямо сейчас может что-то ему рассказать. Ей стало страшно.
Этот ее взгляд был перехвачен внимательным Тимуром, который отметил, что Рита перестала смеяться. Он тут же остановился и, сложив руки на груди, спросил:
— Ты что-то забыла мне рассказать? — спросил он твердо тоном, говорящим о том, что она не избежит допроса.
Рита поняла, что лучше она сейчас ему об этом скажет преподнесет в более выгодном свете, но ей так не хотелось его разочаровывать, что язык не слушал ее.
— Рита, я жду! Сейчас не время что-то скрывать, мы почти дошли. — напомнил Тимур
— Самира ждет ребенка. — тихо произнесла девушка, делая вид что ее сейчас очень заботит состояние своего маникюра. — не знаю, говорила ли она тебе?
Тим задержал дыхание, он понял, что не знает ничего о той девушке с большими голубыми глазами, которая так запала ему в душу. Почему он, дурак, пропал и не писал ей? Почему не сказал, что едет в командировку? Потому что он еще сам не знал была ли она для него увлечением, либо он относится к ней серьезно. Потому что она была занята, вернее, врала что занята.
А сейчас ее недосягаемость делает больно. И ее тайны делают больно. Не потому, что эти тайны столь страшны, а потому, что она не посвятила его в то, что происходит в ее жизни. Когда он захотел стать частью ее жизни? Сейчас? Или тогда, когда ее смеющиеся глаза явили ее тайную суть — смешливую, живую и смелую девушку? Даже не девушку, а женщину, выбирающей быть с ним. Не мог он ошибаться.
— Кто отец? — спросил спокойно Тим, для приличия. Тем не менее, вопрос этот был крайне неприличным, и Рита в изумлении уставилась на него. Она даже поджала в гневе губы словно собиралась наброситься на него.
— Кирилл, конечно! — убедила она горячо, — Он ее бросил, когда узнал, хоть Самира и мне не говорила, но это очевидно. Сопоставь все факты и будет все понятно.
— Не говорила? А что вообще она говорила? — продолжал допытываться Тимур
— Просила не вмешиваться.
— Вот и не вмешивайся, — сказал Тим, продолжая путь к подъезду родителя исчезнувшей девушки. — Но этому Кириллу я бы кости пересчитал с огромным удовольствием!
Некоторое время они шли молча, а за десять шагов до подъезда, Рита испуганно остановилась, придержав за локоть Тима.
— Это он! — дрожащим голосом пикнула она, поднося с ужасом ладонь ко рту
— Кто?
— Тот, кому ты хотел пересчитать косточки…
Из подъезда с весьма удрученным видом выходил не кто иной, как Кирилл. С букетом белых лилий, очевидно, тоже хотел в честь дня рождения Самиры нанести ей визит… или ее отцу. Костюм, галстук, все как положено, ни складочки, волосы зачесаны назад, от него пахло дорогим парфюмом. Как красиво одет, как элегантен он был, как дорого и выгодно он выглядел, какая в нем уверенность в себе и правильный вкус, настоящий, серьезный и положительный жених…
