С приходом сумерек жизнь в деревне полна приключений. Загнав в хлев корову, освободившись от дел, Раечка направляется прочь со двора за новостями. Глазами любознательной и наивной девушки читатель узнает удивительную историю чудесного исцеления болящей, которую деревенские жители собрались отправить в последний путь, силой слова, надежды, встречи с дорогим человеком.Ольга Толмачева – психолог, журналист, член Союза писателей России, автор изящных, трогательных рассказов и повестей о любви, одиночестве, вере, родной природе. Рассказ "Чудо" стал победителем творческого конкурса журнала "Юность" и был опубликован в 2010 г.
Смеркалось…
Незаметно, в трудах, прошел день.
Коровы вернулись с пастбища, улица вкусно, тепло запахла парным молоком, на деревню спустились сумерки. Пришло время развлечься.
Выглянув во двор, Раечка стала привычно наряжаться.
Вечерние прогулки уже давно стали частью Раиной жизни. Она любила это время и с нетерпением ждала, когда в хлеве затихнет корова, двор погрузится во мрак, а из леса пахнет свежестью…
Раечка сняла с вешалки новое пальто с воротником, достала сверкающие калоши. Долго крутила в руках шляпку, не решаясь надеть.
Эту шляпку ей подарила племянница – известная модница, которая жила неподалеку от их деревни, в районном центре. Племянница рассказала, что такие шляпки нынче ужасно популярны и в городе повальное увлечение ими.
Племянница мыслила широко, шла в ногу со временем и считала, что современный человек, где бы он ни жил, обязательно должен быть модным. Потому как мода определяет сознание. Если ходит человек с утра до вечера в одном и том же неприглядном пальтишке, то и сознание у него первобытное, темное. Иное дело, если шляпками или чем иным, подобным, интересуется.
Надо бы и Рае приобщиться к культуре и подобным примером просвещать население. Потому как с заходом солнца в деревне тень неприглядная, электричество подают с перебоями, а осенняя ночь наводит тоску.
Пора вносить в жизнь сочные краски!
Шляпка – первый шажок к прогрессу.
Рая задумалась: получалось, что себе на голову она водружает не просто модную штучку, а передовой символ. И от невольно принятой на себя ответственности девушку внезапно охватило волнение. Стало тесно в груди
Племяннице Раечка доверяла, и шляпка ей очень нравилась – маленькая, аккуратная, похожая на пирожок… Но все же было немного не по себе выходить со двора в люди с «пирожком» на голове: в платке-то привычней.
Да и кому в деревне диктовать моду, размышляла: хозяйства захудалые, молодежь по городам поразъехалась, бабы огородами да бытом замучены, а трезвых мужиков можно по пальцам сосчитать. Летом, правда, детворы полно: к бабкам на каникулы охотно внуки приезжают.
Шляпка, и правда, была премиленькая.
Раечка видела подобную в журнале, на голове у известной артистки. Счастливыми глазами барышня томно смотрела с обложки из яркой, пленительной столичной жизни, и чуть-чуть, легонько – уголками губ – ей улыбалась.
У Раи никогда не было шляпок. Все больше носила косынки, платки. А то и вовсе ходила с неприкрытой головой, загорая шеей. Какая шляпка на сенокос или в свинарник?
Теперь же она с любопытством рассматривала эту дивную штучку, не понимая, как втиснуть в маленькую копну мелких кудряшек, чтобы уши разместились в ней; и глаза получились бы томными, как у артистки.
Раиса примеряла шляпку и узнавала себя в зеркале наполовину. Крепкое ладное тело в пальто, воротнике и калошах было Раечкиным собственным, а круглое лицо на голове под шляпой казалось чудным, будто бы ей незнакомым.
– Таинственная незнакомка! – окликнул ее через забор Степан, когда Раечка вышла в шляпке покормить кур. – Ишь ты! Чего надумала! Вырядилась! – Сосед лихо присвистнул и хохотнул. – Ну, ты, Раиса, даешь! Прямо как… – соображал. – Прямо… Мати Хари! – Он вспомнил звучное имя.
– Чего? – фыркнула Рая. Но, одумавшись, сказала спокойно:
– Что, Степа, опять выпил? – Снисходительно посмотрела на соседа, как на дитя неразумное, и сокрушенно покачала частью, для себя незнакомой. – Что, шляпу никогда не видел?
Вот оно – воспитание народных масс! Раечка почувствовала торжество момента.
– Так видеть-то видел, но ты… Чудеса!
– А что чудесного-то? Это модно. Такое в городе нынче носят, темнота дремучая! В городе-то когда в последний раз был?
– Сегодня и был. За батюшкой ездил.
– За кем ездил?
– Что же, не знаешь? Тетка Нюра совсем плохая. Васька, сынок ейный, и говорит: «Давай, Степан, поезжай в город. Не иначе, как преставится маманя-то. Вези священника, причастить надобно»
– Тетка Нюра? Так я ее два дня назад в сельпо видела. Говорила, новую баню строит. И внуков на каникулы ждет. Не жаловалась, кажись.
– Не жаловалась, а потом – ах! Встать не может… Лежит уж сутки, молится. Говорит, помираю. Ты, Раиса, и не знала? Я и говорю, чудеса!
Раиса поспешно загнала кур в сарай и со всех ног бросилась за калитку.
Надо же! Горячая новость в деревне, а она бреккинг ньюс пропустила. Все из-за шляпки!
На бегу Раиса подвинула на макушку съехавший «пирожок» и поспешила к колодцу, где всегда можно было встретить знакомых, и узнать последние новости.
Стало темно.
Луны не было. Небо в тучах сливалось с дорогой, вдали мрачно чернели дома. Кое-где улица освещалась фонарями да тусклым разбавленным светом окон. К этим огням и устремилась Раиса, выстраивая маршрут.
