– У нас тут на истфаке организовывают интересную этническую экспедицию, как раз по теме старинных народных промыслов, на Алтай. Руководитель толковый мужик, профессор Костромин, я его хорошо знаю, приятельствуем. Я почему вспомнил, Павел Евгеньевич серьезный ученый, и экспедиции его всегда очень солидные и глубокие по научной работе. Если хочешь, я могу туда Полю твою устроить, ей наверняка интересно будет, да и полезно, может, и наукой займется. Я же помню, как она за какой-то там необычной схемой вязания аж в Астрахань ездила сама, лет в пятнадцать.
– Да, было такое дело, – улыбнулся воспоминаниям Андрей Олегович. – Я ее спрошу и свяжусь с тобой сразу.
Поля поехала в первую экспедицию, когда ей было восемнадцать лет, и осталась верной участницей каждой такой экспедиции до окончания своего института. Куда они только не ездили – Среднерусская полоса, Алтай, Заполярье и, разумеется, Сибирь. Порой в такие непролазные дебри залезали, что дальше только лешие да снежные люди живут и бродят, и в такие ситуации попадали, иногда просто с конкретным риском для жизни. Всякое случалось.
Но коллектив подобрался особенный, большая часть преподаватели, а одна треть студенты и аспиранты, всего пятнадцать человек. В первую же экспедицию за Полиной принялись активно ухаживать четверо мужчин. Двое из которых объявили о серьезных намерениях по отношению к ней через неделю. А через две предложили руку и сердце на век.
Полина к такому вниманию и поведению мужчин привыкла давно, с подросткового возраста, и так же давно научилась с этим вниманием справляться без ненужных драм и неприязненных испорченных отношений.
Она никогда не была красавицей. Никогда! Лет до одиннадцати так вообще больше походила на гадкого серого утенка. Но к двенадцати неожиданно расцвела, изменилась и вдруг стала такой симпатяшкой с милым вздернутым носиком и очаровательными веснушками, с румянцем и ямочками на щечках, и пошла расти ее грудь. Но это все не самое главное. Главное, что начало зреть и развиваться в ней нечто особенное, некая утонченная женственность, редчайшая манкость и уникальная мягкая энергия уюта и светлой радости, которую Поля излучала.
Перебор, казалось бы, для девочки-подростка, да и для любой женщины. И, как правило, при таких богом данных с избытком качествах неоперившиеся девочки, почувствовав силу своей привлекательности для противоположного пола, начинают ею пользоваться без всяких ограничений и стеснений и очень скоро становятся первостатейными расчетливыми стервочками.
Но с Полиной получилась совсем другая история.
Разумеется, не заметить, что мальчишки всей школы отдают предпочтение ей перед иными девочками и даже перед самыми признанными красавицами, не могла не только она, но и все преподаватели и ученики. Подруг Поля лишилась сразу напрочь и на всю оставшуюся жизнь, ибо в институте повторилась та же история. А взамен получила женские замысловатые интриги, оговоры, обливание грязью и все иные прелести женской ненависти в реалити-шоу под названием «жизнь».
Но в те же ее двенадцать лет случилась одна история с мамой, которая навсегда изменила жизнь Полины, в первую очередь повлияв именно на ее взаимоотношения с противоположным полом. Это отдельная история. Сейчас же важно пояснить, что по совету мудрой бабушки Поля была неизменно приветлива со всеми, даже с самыми ярыми врагинями, никого не выделяла и никому не отдавала предпочтение. Никому не мстила, не ябедничала и всегда следила за тем, чтобы не оставаться одной, дабы не попасть под провокации различного рода – всегда со свидетелями. А остальное дополнила ее постоянная улыбка и доброта.
От мальчиков она держалась подальше, а когда они претендовали на ее особое расположение, неизменно отвечала:
– Ты очень хороший человек, интересный мальчик (парень, юноша, мужчина). Мне очень приятно, что ты обратил на меня такое внимание и что я тебе нравлюсь, ты ведь уникальная личность и особенный человек. Я это сразу поняла. Но сейчас я не могу ответить тебе взаимностью, у меня очень сложная жизненная ситуация в семье, и неизвестно, чем она закончится. Поэтому единственное, что могу сейчас делать, это как можно лучше учиться и отдавать этому все силы. Прости, может, когда у нас дома все наладится, мы с тобой вернемся к этому разговору. Помоги мне, пожалуйста, прошу тебя, до того как все изменится у нас в семье, не проси с тобой встречаться, ведь отказываться от этого мне очень тяжело, а мне и так непросто.
Не поверите – срабатывало стопудово, без осечек!
