Чудо-оружие люфтваффе полностью

Вынужденную посадку «Либерейтора» наблюдали немецкие солдаты во главе с обер-лейтенантом Йоахимом Грауэнхорстом, располагавшиеся в здании гимназии на Харбургерштрассе, в северной части Зольтау. Они ожидали, что бомбардировщик вот-вот взорвется, но когда этого не произошло, то приблизились к нему и помогли экипажу выбраться наружу. Американские летчики – штурман второй лейтенант Герман Энгель, бортрадист сержант Чарльз Бленей и стрелок верхней башни сержант Уильям Вильсон, получившие легкие ранения, – были сразу же доставлены в городскую больницу на Винзенерштрассе, где им оказали медицинскую помощь. После этого всех пленных перевезли в здание гимназии на Харбургерштрассе.

Штурман Энгель хорошо говорил по-немецки, и Грауэнхорст смог побеседовать с летчиками. Те с облегчением узнали, что немецкий офицер не собирается передавать их специальной команде СС, занимавшейся поиском сбитых пилотов, а, наоборот, хочет помочь им избежать этого. Без сомнения, со стороны рядового обер-лейтенанта вермахта это было смелое решение, поскольку он нарушал приказ, по которому все граждане рейха были обязаны сообщать о сбитых вражеских летчиках в местные отделения гестапо.

Специальные поисковые команды СС имели право расстреливать захваченные экипажи бомбардировщиков на месте. Такими жестокими мерами нацистское руководство пыталось подействовать на моральное состояние экипажей союзников и тем самым хоть как-то повлиять на интенсивность и точность бомбежек, которые превращали в руины один немецкий город за другим

Вечером того же 25 марта Грауэнхорст отправил пленных на грузовике в Ротенбург, где было расквартировано одно из подразделений люфтваффе. Оттуда тех доставили в Гамбург, затем – в Пиннеберг, в 15 км северо-западнее Гамбурга, а потом – в Stalag Luft 1, располагавшийся тогда около города Барт, в 48 км северо-восточнее Ростока. В мае 1945 г. все они были освобождены советскими войсками и вскоре вернулись домой. Затем члены экипажа «Do Bunny» всегда с благодарностью вспоминали обер-лейтенанта Грауэнхорста за то, что он не сдал их эсэсовцам.

Тем временем – в 10.25 – лейтенант Фритц Мюллер в районе Люнебурга сбил еще один В-24. Однако при этом его Ме-262 был подбит и загорелся. Летчик затем рассказывал: «Я взлетел в 9.46, чтобы перехватить основную группу, которая, по сообщениям, была в районе Ильцен – Гамбург. Западнее Ильцена я обнаружил поток бомбардировщиков, который на высоте 7000 метров летел на север, в направлении Люнебурга. Приближаясь с юга, я атаковал группу из четырнадцати «Либерейторов» незадолго перед тем, как они сбросили бомбы на Люнебург. В 10.25 на дистанции от 350 до 250 метров я открыл огонь по крайнему правому самолету и наблюдал несколько попаданий в фюзеляж и центроплан. Отлетали большие фрагменты. «Либерейтор» загорелся и вошел в штопор. Я не мог видеть его падение или выпрыгивающий на парашютах его экипаж, поскольку я сам получил попадание и мой левый двигатель сразу же загорелся. Я был вынужден лететь от потока бомбардировщиков на одном двигателе. Я приземлился в Штендале, где столкнулся с Ju-88, стоявшим у ангара № 5».

Фельдфебель Фритц Таубе из 10./JG7, утративший контакт со своим звеном сразу после взлета, в 10.30 в районе поселка Райнзелен, в 20 км севернее Зольтау, атаковал одиночный В-24. Левое крыло оторвалось, и бомбардировщик рухнул на землю. Однако немецкий пилот пережил экипаж «Либерейтора» всего на несколько минут. Cпикировав сверху, его атаковали около двенадцати P-51D из 352 FG. Шансов спастись у Таубе не было никаких – очередь капитана Раймонда Литтже попала точно в топливный бак его Ме-262А-1а W.Nr.111738, и самолет взорвался в воздухе.