Во всех учебниках по военному делу написано, что химическое оружие (отравляющие газы) впервые и внезапно было применено немцами в 1915 г. Но вот мне в ходе работы над историей Крымской войны попался севастопольский дневник контр-адмирала М. Ф. Рейнеке, друга П. С. Нахимова. Там от 13 мая 1854 г. имеется запись: «…Сегодня [в Севастополь. —
Итак, достоверно подтверждено, что первыми в современной истории химические снаряды применили англичане, причем против мирного города. До 1854 г. в Одессе не было ни военного порта, ни береговых батарей.
В составе английской эскадры было три 120-пушечных корабля и семь 80-пушечных, французы имели три 120-пушечных и шесть 80-пушечных кораблей. У турок всего было 19 парусных кораблей и фрегатов и 9 пароходо-фрегатов. 10 апреля 1854 г. союзная армада бомбардировала Одессу почти целый день, однако стрельба велась безграмотно. Всего во время обстрела Одессы погибли трое и получили ранения восемь жителей, сгорели от бомб и ракет 14 небольших строений, были повреждены 52 частных каменных дома. Из состава гарнизона погибли 4, ранены 45, контужены 12 человек.
Действие химических снарядов было довольно слабо, и англичане предпочли более не применять их, а русское правительство (во главе с Нессельроде) не пожелало использовать факт их применения для проведения антибританской кампании в европейских газетах.
В 1854 г. известный английский химик и фабрикант Макинтош предложил для захвата Севастополя подвести к береговым укреплениям Севастополя специальные суда, которые извергли бы при помощи придуманных им приспособлений большое количество веществ, воспламеняющихся от соприкосновения с кислородом воздуха, «следствием чего будет, — как писал Макинтош, — образование густого черного, удушливого тумана или чада, который обнимает форт или батарею, проникая в амбразуры и казематы и прогоняя артиллеристов и всех находящихся внутри».
В случае применения этого способа в борьбе с флотом противника, корабли, по замыслу Макинтоша, должны были мгновенно охватываться «пламенем и удушающим черным чадом, быстро истребляя живущие существа…».
Макинтош разработал применение своих изобретений и против неприятеля, расположенного лагерем: «Стреляя моими бомбами и ракетами, в особенности теми, которые начинены мгновенно возгорающимся составом, легко произвести общий пожар и истребление людей и материалов, обратив весь лагерь в обширное море огня».
Английское военное министерство провело испытания предложенных Макинтошем зажигательных и удушающих снарядов, обратив главное внимание на применение их при действиях на судне, и выдало Макинтошу патент на его изобретение.
Английский адмирал Дендональд разрабатывал проект удушения русских войск, оборонявших Севастополь, газами, полученными от сжигания 2000 т угля и 500 т серы. В своей автобиографии Дендональд заявил, что его планы имеют целью «утвердить одним ударом наше [то есть английское. —
Уже после Крымской войны, цинично повествуя об этих «планах», газета «Mechanic's Magazine» писала: «Можно называть употребление таких снарядов бесчеловечным и противным обыкновениям просвещенной войны, но… если, однако ж, люди хотят воевать, то чем смертельнее и истребительнее способы войны, тем лучше».
Однако из-за технических сложностей, а главное, из-за шапкозакидательских заявлений английских генералов и адмиралов◦— вот, мол, завтра-послезавтра возьмем Севастополь◦— британский кабинет не пошел на применение отравляющих веществ (ОВ) под Севастополем.
В анналах истории русской артиллерии кое-где просматриваются попытки применения «вонючих» ядер еще во времена Ивана Грозного. Так, доподлинно известно, что среди боеприпасов, находившихся в Киевской крепости в 1674 г., имелись «огненные ядра душистые», в составе которых имелись вещества: нашатырь, мышьяк и «асса фатуда». Последняя может быть искаженным аса-фетипа◦— название растения из рода ферула, произрастающего в Средней Азии и обладающего сильнейшим чесночным запахом. Не исключено, что в состав смесей для зажигательных ядер вносили сильно пахнущие или отравляющие вещества с целью воспрепятствовать тушению ядер.
