Практика боев под Москвой в октябре 1941 г. со всей очевидностью демонстрирует, что восстановление разгромленных соединений с помощью маршевых пополнений дает лишь достаточно ограниченный эффект. Спешно восстановленные дивизии оказывались куда менее прочными и боеспособными, чем формировавшиеся в тылу хотя бы в течение месяца-двух (как прибывшие на фронт из глубины страны детища «перманентной мобилизации»). Хотя, разумеется, ценность восстановленных соединений была не нулевой. Особенно при наличии вышедших из окружения опытных бойцов и командиров.
О роли величайшего военачальника Генерала Шламм (Грязь –
Если уж говорить о роли сезоного фактора, то в куда большей степени по немцам ударили проблемы с лошадьми. Отсутствие фуража в примыкающих к Москве районах, обледенелые и «бездонные» от грязи дороги негативно сказывались на тысячах лошадей пехотных дивизий. Обочины дорог на пути в Москву усеивали трупы павших лошадей. Это серьезно било по опиравшимся на гужевой транспорт пехотным соединениям ГА «Центр». К тому же заменять лошадей в упряжках артиллерии на местных слабосильных лошадок было нереально.
1 ноября 1941 г. шел холодный осенний дождь. На фронте под Москвой наступило относительное затишье, хотя войска Западного фронта успели ощутить нарастание нажима противника с прибытием пехотных дивизий, уже будучи сбитыми с укреплений Можайской линии обороны. Рухнувший фронт был частично восстановлен. Однако вскоре Западному фронту предстоял следующий раунд в условиях, оперативно близких к тем, которые привели к катастрофе под Вязьмой и Брянском.
Лозунгом тех дней стали слова «Ни шагу назад». Командующий Западным фронтом Г.К. Жуков проводил этот лозунг в жизнь максимально жесткими мерами. Продолжалось разбирательство в отношении постигшей фронт с прорывом немцев через Рузу на Скирманово катастрофы. 4 ноября командирам и политработникам фронта был зачитан приказ № 054 о наказании командования 133-й стрелковой дивизии за самовольный отход с занимаемых оборонительных рубежей. В нем утверждалось, что несмотря на приказ штаба 5-й армии о занятии обороны на подступах г. Руза, командир дивизии подполковник А.Г. Герасимов 25 октября выпустил приказ частям дивизии об отходе с занимаемых рубежей. В результате г. Руза был взят немцами без боя. Данный факт стал предметом судебных разбирательств, и за невыполнение приказа об обороне города А.Г. Герасимов и комиссар дивизии Г.Ф. Шабалов были расстреляны перед строем. Новым командиром 133-й сд (точнее, ее части, находящейся в составе Западного фронта) был назначен бывший командир 64-й сд полковник С.И. Иовлев, начальником штаба – бывший начальник штаба 149-й сд полковник Ф.П. Антипин, комиссаром – инспектор политуправления ЗФ батальонный комиссар П.К. Федосов.
Своим приказом с описанием этого эпизода Г.К. Жуков прямым текстом напоминал подчиненным об ответственности за самовольное оставление занимаемых позиций. Надо сказать, что неприятные разъяснения пришлось давать И.В. Панфилову и К.К. Рокоссовскому по факту занятия наступающими немцами Волоколамска. Права на проявление минутной слабости и малодушия под стенами Москвы дано не было. Просто вследствие отсутствия пространства для размена времени на расстояние.
Вместе с тем нужно отдать должное советскому руководству. Тезис «Ни шагу назад» они прикладывали в том числе к себе самим. И.В. Сталин остался в Москве и 7 ноября принимал парад на трибуне мавзолея. Это был один из самых необычных парадов в истории войн. По заснеженной Красной площади шли тяжелые КВ, изящные «тридцатьчетверки», чудом выжившие в огне первых месяцев войны ВТ и малютки Т-60. Парад 7 ноября 1941 г. имел огромное политическое значение. Тем самым правительство СССР и лично И.В. Сталин демонстрировали решимость сражаться до конца. Проведение парада также подчеркивало тот факт, что, вопреки декларациям о громких успехах, вермахт все еще далек от захвата Москвы.
