Юлиан Тувим
Чудо с налоговым инспектором
Перевод с польского Асара ЭППЕЛЯ
Жара стояла адская. С обуглившегося неба несло, как из пекарни, сухим, злобным жаром, словно вдохновенный гнев огня ополчился против рода человеческого. Оазисом во всей квартире был угол, в котором стояли два прохладных кожаных кресла, низкий столик, а на нем - вода со льдом и лимонным соком. Я бессильно, как в нирване, дремал, погруженный в грезу о буре и дожде, о грозе и потопе. И вот взъяренное от зноя небо начало хмуриться синеть, лиловеть, что-то заворчало, что-то загромыхало, и под изможденным от зноя небосводом потянуло первым после нескольких недель предвестьем грозы. Я облегченно вздохнул. В ту же минуту у дверей кто-то позвонил. Я поднялся с кресла, счастливый, легкий, полный радостного ожидания недалекого ливня, и отворил. Вошел какой-то пожилой человек - красный, вспотевший сопящий - с портфелем под мышкой и с листочком бумаги в руке. Войдя, он промолвил:
- Из финансовой инспекции.
Грохнул гром, и крупные капли понемногу, пока еще нерешительно, начали барабанить в стекла. Какое счастье! Дождь!
- Пожалуйста, уважаемый! Разрешите! Какая жарища! Вы просто еле дышите. Но, слава богу, наконец-то дождь. Пожалте направо.
Пунцовый, с трудом переводящий дыхание, истекающий потом налоговый инспектор сперва огляделся. Затем он сказал:
- Я принес исполнительный лист... Вы до сих пор не заплатили подоходного нало...
Я, как можно вежливей, прервал его:
- Прежде всего, сделайте одолжение, сядьте и отдышитесь. Выпейте, пожалуйста, воды со льдом и лимоном. Эго освежает.
- ...налога за год 1933-й.
По небу как молодые кони по лугу, прыгали молнии. Дождь лил ручьями, и от распахнутого окна тянуло неописуемой свежестью и прохладой. Боже, как я был счастлив!
- Да вы сядьте, пожалуйста. А напиток великолепный, правда? Мой друг Казя добавляет еще красного вина. И получается, надо вам сказать, нектар! Жаль, что вина нет! Но зато есть арак. Замечательно!
Я метнулся к буфету, вытащил бутылку и долил в ледяную воду ароматного арака.
- Теперь попробуйте!
Инспектор выпил, поблагодарил, но я видел, что ему явно не по себе.
- Итак, здесь обозначено 620 злотых плюс 10 процентов дополнительного обложения, плюс...
Дождь хлестал так, что прямо сердце радовалось!
- Вы просто не представляете, - сказал я - до какой степени я обожаю дождь. Я даже Ноя ревную к потопу! Вы только вообразите, пане инспектор, сорок дней дождя! Жара, скажу я вам, действует на меня разлагающе. Я пропадаю в жару. Зато дождь - эти серебряные струи с неба - пробуждает во мне какую-то бодрость, мальчишество, радость и попросту энтузиазм! Поверите ли, в прошлом году...
Инспектор поглядел исподлобья, кашлянул, прервал мои счастливые признания и сказал:
- ...плюс пени за неуплату до 10 июля сего года. Итого...
- Да! - быстро перебил я его, - да! В прошлом году только за одну дождливую неделю я написал что-то около двадцати лирических стихотворений, за все же остальные, жаркие дни лета, два или три. Вам не попадались? "Хляби небесные" сборник называется. Мне даже ставят в вину влияние Поля Валери. Смешно! Кстати, что вы думаете о нем?
И я налил ему еще холодной воды с ароматным араком. Инспектор снова кашлянул и процедил сквозь зубы:
- Это, проше пана, не имеет отношения к делу. И вообще, должен вам заметить, поведение ваше неуместно. Шуточки, обихаживание... Я воспринимаю все это как издевку.
Я раскрыл глаза от удивления и скачал:
- Однако же, пане инспектор! Какая издевка? Какие шуточки? Я попросту в прекрасном настроении. И будучи вообще человеком вежливым, я веду с вами приятную беседу. Вот и все. Почему же шуточки?
- Потому что вы меня хотите заговорить. Но нас не проведешь, пане!
Небо неистовствовало. Все души, брандспойты, фонтаны, краны, поливалки и прочие водометы перебрались на небеса и струили такую проливную обильность, что по улицам неслись бурные реки. Я просто с ума сходил от счастья.
- И посему, - продолжал инспектор, - я не желаю слышать о всяких там "Хлябях небесных" и о Валери, а ставлю вас в известность, что всего с вас причитается злотых 776 и грошей 48.
Я быстро начал подсчитывать.
- Семь да семь четырнадцать - да шесть - двадцать - да четыре - двадцать четыре - плюс восемь - тридцать два. Прекрасно! Счастливое число. Вы верите в магию чисел? Я лично люблю четверку и все кратные ей... поэтому цифра 32 мне особенно близка. Немецкий ученый Бишоф в труде "Die Magie der Zahlen" утверждает, что...
Красный до этой поры инспектор позеленел и ударил по столу:
- Я же просил вас не морочить мне голову! Здесь, пане, никакой магии нету. Причитается 776 злотых и 48 грошей. Будете платить?
Я замолк. Несколько мгновений я гипнотически вглядывался в его глаза, а затем тихо и отчетливо шепнул:
- Буду.
Инспектор, видно, не расслышал, потому что сказал:
- Я вас польским языком спрашиваю - будете платить?
- А я польским языком отвечаю - буду!
- То есть как?
- Очень просто. Причитается 776 злотых и 48 грошей, вы пришли за этой суммой, а я ее вам плачу.
