А вот клиентам он нравился. Это он знал точно. Потому что работал хорошо. Понимал, чем больше удовольствия гостю доставишь, тем больше шанс заработать не жалкие медяки, а вполне приличную добавку. Поэтому и старался. Если все равно противно, так лучше пусть это "противно" хорошо оплачивается.
И в тот раз тоже. Клиенты были довольны. Скай позволял все и делал все, что ни просили. Не возражал, не кривился, терпел там, где надо, и выдавал чувство и страсть в особо важные мгновения. А его крутили и вертели так, будто он не живым человеком был, а и вправду игрушкой, только и созданной для таких вот утех.
Да. Не сопротивлялся. Улыбался, постанывая. Губы облизывал. Соски пальцами теребил, с собой играл, когда просили.
А после, когда трахали, выгибался и подмахивал так, будто действительно страсть чувствовал.
Что заставило остановиться, голову поднять и глаза открыть - не помнил. Может, шум, может, уже крик Терри. Но когда глаза таки открыл, все увидел, и сразу понял - беда.
На пороге хижины Терри вместе с отцом стояли и на Ская, которого в весьма красноречивой позе имели, смотрели.
Терри белый был. Даже губу закусил - до крови. Скай первый раз увидел, как это со стороны выглядит, когда алые капли и на белом подбородке и зубы в красном...
Спасаясь от этой картины, глаза закрыл. Но это же не сон, чтоб от таких действий заканчиваться. Реальность. Съежиться захотелось, исчезнуть.
Но не Скай исчез, а дон Ферра и Терри. Как-то сразу и очень быстро из хижины скрылись.
И Скай практически тут же звук взлетевшего каскада услышал. Даже снова подумал - может, сном все было, ужасом и кошмаром? Но зашедший Рамзи предположение растоптал и скомкал, кривясь и прихахатывая, поставив Ская в известность, что господин его в доме ждет, и чем быстрее тот там появится, тем лучше. Для разговора.
С клиентами недовольными такими вот обстоятельствами, разговаривал тоже Рамзи. А Скай на автомате оделся, на автомате из хижины вышел, на автомате в поместье пошел. Сунулся искать дона Ферра, но управляющий сказал, что господин улетел на ночь глядя, непонятно куда.
После надо было идти к Терри. Поднявшись на второй этаж, осторожно в дверь постучал, спросив разрешения зайти. Но Терри лишь закричал в ответ, обзывая Ская всеми известными ругательствами, и приказал убираться к себе в комнату.
- Ни видеть, ни слышать тебя не хочу! Как ты мог?! Я же тебя люблю, а ты... Шлюха! Блядь! Самая настоящая сука, вот ты кто! - кричал Терри, и жутко такие слова от Терри слышать было.
Но... А куда деваться? Мог бы - сбежал на край света. Но кто ж его отпустит, если даже за пределы поместья браслет не дал бы уйти. Вот и сделал то, что приказали...
Правда, не у себя сидел. Отчего-то к себе не пошел, а, забравшись в кресло в библиотеке, ждал непонятно чего. То ли того, что Терри передумает, то ли того, что дон Ферра вернется, и объяснить все можно будет.
Терри горничная нашла, которая ему ночные лекарства принесла. Она дверь открыла, не найдя молодого господина в ванную заглянула, беспокоясь - приступы у Терри слишком часто бывали, поэтому не было засовов на дверях личных комнат. А в ванной, в уже остывшей, бурой от крови воде, лежал Терри.
Скай от крика горничной очнулся. Сразу же на второй этаж прибежал, и ... И все. В голове мысль только о том, что он так никогда вольную и не получит. А чуть позже, после взгляда дона Ферра, после его упрека пришла та самая страшная догадка в жизни - о том, что Скай уже не человеком стал, а самым настоящим неблагодарным чудовищем, убившим ради выгоды того, кто его любил... Больше жизни.
Скай даже чувствовал, как душа горит. Как внутри все черным становится, таким же, как глаза у дона Ферра. И не мог он понять, как вообще все случилось и произошло. Не хотел этого. И не думал, что так будет. Хоть должен был думать. Ведь видел, как плохо Терри было. Как даже отпустить от себя не мог. Делить ни с кем не хотел. А тут... Увидеть такой позор и такую грязь! Жить не захотел с этим.
А вот Скаю, Скаю пришлось жить дальше. И все время, все долгих четыре года пытаться исправиться, пытаться вытравить из души то темное и черное, что появилось...
Не получилось. Вот что обидным было. Хоть и старался. Действительно старался. Не для себя. В этот раз точно не ради себя. Но... Слишком, наверно, черной душа была у Ская... не получилось ничего исправить. Как был чудовищем, так и остался, совершая совершенно похожие поступки. И ради чего? Ради вольной?
Больше не хотел. Больше смысла не видел. И уйти хотел, пока еще хоть для Эрика человеком был, а не испачканной в дерьме тварью.
Комментарий к Наброски ч.4
От беты: проверено.
========== Понимая... ==========
Дочитав все, Эрику и разрыдаться захотелось, и рассмеяться одновременно... Все-таки не один он, дурак, себя виноватым во всем чувствовал. Скай тоже себе на плечи непомерный груз взвалил. Только Эрик, так или иначе, от явной вины освободился, а Скай без поддержки, без помощи под этим грузом медленно умирает...
Но вот как именно помочь, даже сейчас, узнав основное, - пока не понимал.
