— Разрыв является чем-то вроде фильтра. То, что проходит через него, наследует его характер. Если разрыв порожден страхом — демон будет запугивать. Если злостью — он будет агрессивен. Если грустью…
— Он будет грустить, — негромко закончила Нора. — Это можно как-то исправить? Я имею в виду… улучшить её настроение?
Арпад пожал плечами.
— Я встречал похожих на неё, — сказал он. — Через некоторое время они… «выравниваются». Злость истощается, печаль утешается, верно? Разве что когда демон опасен, вполне вероятно, что он не успеет прожить достаточно долго, чтобы уравновеситься. А твоя подруга выглядит мирной.
Донная Птаха шлёпала по лужам и весело повизгивала своим скрипучим голосом.
— Арпад, — неуверенно начала Нора, понимая, что должна это сказать, — ты же знаешь, что я не хотела тебя подставлять? Я собиралась вернуться, честно.
— Верю, — сказал он сухо, и улыбка его почему-то увяла.
— Да? — как-то растерянно переспросила Нора, не зная, как интерпретировать его реакцию.
— Точно, — заверил её Арпад. — Я, конечно, психанул, когда ты ушла. Думал, что ты нарушила слово и сбежала. Это сейчас я понимаю, что ты не могла не попытаться им помочь, а тогда…
Он неловко пожал плечами и не стал договаривать.
— И всё же догадался, где меня искать.
Он мрачно посмотрел на неё, а потом подмигнул, словно этим всё было сказано.
Нора не стала уточнять. Тающий снег хлюпал под ногами, лёгкий ветерок проникал под куртку, словно напоминая, сколько же вокруг открытого пространства, в котором она свободна, а сквозь тучи с трудом, но настойчиво, пробивалось яркое весеннее солнце.
Нора Найт, последняя из племени Цеплин, продолжала путь.
