В салоне появились мистер и мисс Хьюсон, типичные американские туристы, без особых претензий. Оба чистенькие, аккуратные, весьма практичные на вид. Мисс
Хьюсон – светловолосая, низенькая, плотная. Мистер
Хьюсон, высокий, худощавый мужчина, носил очки и слуховой аппарат.
– Вот и мы, – сказала мисс Хьюсон. – Опять заканителились. Вы уж нас простите.
Миссис Тритуэй представила им собравшихся, и Хьюсоны вежливо повторяли вслед за ней каждую фамилию, а англичане с учтивой улыбкой что-то бормотали в ответ.
– Ещё не все пришли, – сказала мисс Рикерби-Каррик, с оживлением запихивая в рот салат. – Вы не самые последние. – Она указала на лежащий на столе список пассажиров. Трой уже заметила, что фамилия К. Дж. Э. Андропулоса вычеркнута, а её пока что не проставлена. Мистер
Бард, украдкой покосившись на неё, протянул руку к списку и исправил эту оплошность.
Мисс Рикерби-Каррик игриво зашептала, указывая на фамилию Дж. де Б. Лазенби: «Давайте угадаем, кто он».
Приход самого мистера Лазенби избавил их от необходимости гадать и слегка разрядил напряжение: мистер
Лазенби оказался священником.
Это было неожиданно: обычно простые священники не разъезжают в дорогих машинах, за рулём которых сидят шофёры в форме. Мистер Лазенби не производил впечатления богатого человека. Высокий, с розовым лицом и чуть редеющими волосами, он носил тёмные очки, строгий серый костюм, голубой пуловер и соответствующий званию высокий воротник.
Миссис Тритуэй представила его, резонно добавив, что он, конечно, сам вскоре разберётся, кто здесь кто.
– О, несомненно, – сказал мистер Лазенби с чуть заметной пасторской интонацией.
– А как же в списке-то! – воскликнула мисс Рикерби-Каррик. – Там не написано «преподоб.», почему, интересно?
– Наверно, потому, – отозвался мистер Лазенби, накладывая салат в тарелку, – что я сделал заказ письменно из
Мельбурна. Кажется, я не указал свой сан.
Он с улыбкой кивнул ей, мелко перекрестил свой джемпер и сел рядом с мистером Поллоком.
– Как аппетитно приготовлено, – сказал он.
– Очень вкусно, – деревянным голосом ответил мистер
Поллок и взял пикули.
Ленч продолжался под приглушённый шум голосов.
Все рассказывали о себе. Хьюсоны прибыли из гостиницы
Табард в Стратфорде-на-Эйвоне, где они в субботу смотрели «Макбета» и сочли спектакль очень странным. Мистер Лазенби гостил у норминстерского епископа. Мистер
Поллок лондонским поездом добрался до Бирмингема, где остановился в гостинице Осборн. Доктор Натуш и мисс
Рикерби-Каррик приехали из дому. Мисс Хьюсон высказала предположение, что они с братом не единственные иностранцы на борту. Она обращалась к мистеру Лазенби, но, как показалось Трой, рассчитывала, что на эту реплику как-то откликнется доктор Натуш. Он не откликнулся.
Мистер Лазенби стал рассказывать Хьюсонам об Австралии и Британском содружестве наций. Рассказывая, он тоже слегка повернулся к доктору Натушу, но из-за тёмных очков нельзя было разобрать, действительно ли он на него смотрит.
– Я никак не разберусь в этом содружестве, – пожаловалась мисс Хьюсон. – Это ведь Британское содружество, а вы не англичане, у вас правит королева, и в то же время вы не считаете себя монархией. Нам, американцам, наверное, этих тонкостей никогда не уразуметь.
Мисс Рикерби-Каррик разразилась сумбурной речью, где сожалела о рухнувшей империи и восторгалась монархией.
– Я знаю, что так говорить не полагается, – сказала она, заговорщицки поглядывая на Трой, Поллока и Барда, – но иногда невозможно удержаться. То есть я, конечно, всей душой за свободу, гражданские права и интегра… – она внезапно вздрогнула как ужаленная, багрово покраснела и повернулась к доктору Натушу.
– Ради бога, простите, – пролепетала она. – Я хочу сказать, впрочем, я не знаю… То есть вы ведь?…
Доктор Натуш скрестил руки, минуту помолчал и спросил:
– Вас интересует, являюсь ли я подданным Великобритании? Да. Как вы видите сами, я отношусь к одному из национальных меньшинств. Я практикую в Ливерпуле. –
Голос его был поразительно спокоен, будто весь этот разговор абсолютно его не задевал.
Наступила пауза, которую прервал шкипер, как краб, спустившийся по трапу.
– Что ж, дамы и господа, надеюсь, вы хорошо устроились. Через несколько минут мы отправимся в путь. Некоторые сведения о путешествии вы получите из брошюрок. У нас на «Зодиаке» нет микрофонов и громкоговорителей, но я всегда готов ответить на любые ваши вопросы.
Прогноз погоды хороший, хотя в это время года здесь бывает иногда «ползун» – так у нас называют речной туман.
Он обычно подползает ночью и бывает довольно густым.
Днём мы пройдём верховьями реки до шлюза Рэмсдайк.
Здесь очень много поворотов, и некоторые пассажиры говорят, что никак нельзя понять, куда мы движемся. Возможно, вы уже заметили, что у нашей реки нет названия: для местных жителей она просто «река». Именно в этих краях архиепископ Лэнгтон настиг короля Иоанна Безземельного. А ещё задолго до этого римляне подвели к реке
Рэмсдайкский канал. Шлюзование занимает довольно много времени, так что вы сможете совершить прогулки по полям и посмотреть на лощину у Дайка, где во времена
