– Эх, старина Киф, он плохо кончил. Будь он теперь с нами…
– Была охота, – проворчал Раф.
– А вот будь он теперь с нами, я знаю, что он сказал бы. Он бы спросил, какой нам прок так долго бегать.
– Долго бегать? – удивился Раф. – Тебе уже надоело?
– А и впрямь, сколько это может продолжаться, то есть долго ли мы будем бегать по этому опустошенному людьми месту, убивая кур и прочих животных и прячась от ружей? Чем мы кончим? То есть что с нами в конце концов будет?
– То же, что и с лисом.
– Угу, приятель, ты сперва ночь до утра доживи…
– Но, Раф, ведь рано или поздно они достанут нас. Надо нам подумать, как выбираться отсюда. И ты прекрасно знаешь, что путь у нас один: нам надо отыскать людей, а потом… ну, все, как я тебе уже говорил. – Шустрик почесал лапой свою дырявую голову. – Молочник, рододендроны, бумажки… линолеум тоже недурно пахнет… а еще такая коробочка, все позванивала, динь-динь, а я от этого выл и удирал в сад – там кошки, кошки – лови, хватай, гав-гав!
– Что это ты несешь? Шустрик умолк.
– Не помню, – удрученно сказал он, помолчав. – Раф, нам надо найти каких-нибудь людей. Это единственный выход.
– Ты же не хотел пускать меня к ним прошлой ночью.
– Так ты же собрался действовать неправильно. Ты бы всех нас погубил.
– Хороший ты пес, Шустрик, да и времена для тебя настали тяжелые. Не хочу я с тобой ссориться. Нет для меня подходящих людей, это ясно как день. А той ночью я был сам не свой.
– Да нет же, был один хороший человек, – не унимался Шустрик.
– Свихнувшись, приятель? – вставил лис. – Ври больше! Хороший человек? Скажи еще – мягкий камень, сухая вода…
– И то правда, был такой человек, только очень давно, – сокрушенно сказал Раф. – Моя мама рассказывала мне эту историю, когда я лежал в корзинке. Это, собственно, все, что она успела мне рассказать. Но потом этот человек тоже сбился с пути, а другого такого не будет. Да ты, наверное, знаешь эту историю.
– Что за история, Раф? Я не знаю.
– Да ну? Моя мама говорила, что это каждая собака знает. Неужто мне известно нечто, чего ты не знаешь?
Шустрик повернулся на другой бок, под ним зашуршали камешки.
– А ты, лис, слыхал эту историю?
– Не… А так оно ж, небось, любопытно. Давай рассказывай, приятель.
