Чумные псы полностью

— В общем, после этого на двери вольера семьсот тридцать второго сломалась пружина замка, и обе собаки вышли наружу.

— Но если бы дверь была закрыта как следует, — сказал доктор Бойкотт, — она в таком положении и осталась бы. Поломка пружины ни на что не могла повлиять. Эти двери сами по себе не открываются.

У мистера Пауэлла горели уши от смущения и стыда. В такое положение нередко попадают молодые офицеры, которые из робости, неопытности и неуместного почтения не решаются задавать неприятные вопросы своим старшим годами и тертым жизнью подчиненным, а потом сами оказываются вынуждены отвечать на те же вопросы вышестоящим начальникам.

— Я тоже думал об этом, — сказал он наконец. — Но пружина действительно сломана. Тайсон мне ее показывал.

— Вы уверены, что он не сам ее испортил?

— Не понимаю, зачем бы ему делать это, шеф.

— Затем, например, что в субботу он понял, что накануне неплотно притворил дверь, — с нескрываемым раздражением проговорил доктор Бойкотт, демонстрируя младшему коллеге, что тот и сам мог бы до этого додуматься.

— Наверняка утверждать нельзя, — сказал мистер Пауэлл. — Но если он сам ее сломал, он ведь никогда в этом не сознается, верно?

Он полагал, что подобный ответ избавит его от дальнейшего развития этой темы.

— А вы его спрашивали? — поинтересовался доктор Бойкотт.

— Ну, именно так вопрос я не ставил…

— Говорите толком — да или нет?

Доктор Бойкотт совсем спустил очки на нос, но зато поднял брови. Мистер Пауэлл на миг пожалел, что в реальной жизни, в отличие, скажем, от шахмат, нельзя просто сдать партию — и тем самым отправить просчеты, приведшие к поражению, в историю.

— Ладно, как бы то ни было, — снова заговорил доктор Бойкотт с видом страдальца, который вынужден искать выход из безнадежной ситуации, созданной чужой некомпетентностью, — обе собаки выбрались наружу через вольер семьсот тридцать второго. Что произошло дальше?

— Дальше, судя по всему, они пробежались по всему виварию, потому что в отделе определения беременности оказался перевернут ящик с мышами…

— Полагаю, вы сообщили об этом Уолтерсу? — осведомился доктор Бойкотт таким тоном, словно предполагал услышать в ответ новые откровения безалаберности и легкомыслия.

— Конечно, сообщил, первым делом, — ответил мистер Пауэлл, хватаясь за возможность вернуться к бесстрастно-деловому тону, как если бы его компетентность и профессионализм ни на миг не подвергались сомнению.

— Рад это слышать, — парировал доктор Бойкотт, очерчивая этой фразой, как художник-импрессионист — одним мазком, множество не требующих уточнения вещей, которые он вовсе не был рад услышать. — Итак, как же они покинули здание? И в какую сторону убежали?

— Этого никто не знает, — с многозначительной неопределенностью заявил мистер Пауэлл, как будто он уже обращался и в Скотланд-Ярд, и в Общество ветеранов Колдица[17], и в редакцию «Альманаха старого Мура»[18] и отовсюду получил один и тот же ответ, гласивший, что эта загадка еще более непостижима, чем тайна исчезновения «Марии Селесты»[19].

Доктор Бойкотт громко цокнул языком. У него был вид труженика-верблюда, который каждодневно выносит невыносимое; уж верно, можно простить ему невольную жалобу, когда последняя соломинка грозит сломать спину?

— Вы имеете в виду, что вы с Тайсоном этого не знаете?

— В общем, да, — признал мистер Пауэлл голосом жабы, угодившей под борону.

— А вы уверены, что они не проникли в лабораторию Гуднера? — резко и неожиданно спросил доктор Бойкотт.

— Уверен, — в тон ему ответил мистер Пауэлл.

— Абсолютно?

— Да. И сам он тоже уверен. Я его уже спрашивал. Он говорит, что культуры…

— Ладно, — произнес доктор Бойкотт, взмахом руки пресекая поток никому не нужных подробностей, вдобавок отдававших самооправданием. — Он удовлетворен — и слава богу.

Поднявшись, он засунул руки в карманы, отошел к окну и уселся на батарею. Это означало, что, хотя мистер Пауэлл по-прежнему находился «на ковре» у начальства, основная гроза над его головой уже отгремела. На данном этапе шефу нужен был его совет — за неимением лучшего, конечно.

— Полагаю, — сказал он, — вы удостоверились, что они не прячутся в здании или где-нибудь на территории?

— Определенно, — ответил мистер Пауэлл. — Мы с Тайсоном все проверили независимо друг от друга. Я думаю, есть надежда, что они вскоре обнаружатся. Я имею в виду, они могут вернуться…

— Могут вернуться, — задумчиво повторил доктор Бойкотт. — Или их могут нам вернуть. Жаль, у них на ошейниках нет адреса нашего центра. Надо будет изменить вводимые данные. Впрочем, в данном случае поезд, как говорится, ушел. — Он немного помолчал, а потом резким тоном, так, словно мистер Пауэлл затруднился ответить на какой-то вопрос и заставил его ждать понапрасну, спросил: — Ну так что? — Мистер Пауэлл вздрогнул, и доктор Бойкотт пояснил: — Ну так что, по-вашему, нам теперь следует предпринять?