Чувак и мастер дзен полностью

Мы хорошо ладили с главным оператором, продюсером и техническим экспертом. Я подошел к ним и сказал: «Парни, давайте вместе поможем режиссеру сделать этот фильм хотя бы немного лучше». Так и получилось: они стали моим незримым режиссером. В конце концов сцена все равно вышла не идеальной, но стала гораздо круче. По крайней мере мне удалось сделать ее пригодной для работы, хотя и пришлось помучиться, поунывать, не раз испортить себе настроение, не спать ночами. И это еще мелочи. По-настоящему большие проблемы могут просто тебя раздавить. Как говорит Незнакомец в «Лебовски»: «Иногда ты ешь медведя, а иногда, что ж, медведь ест тебя». Дело начинает плохо пахнуть. Что же дальше? Ты отслеживаешь свои мысли: «Ага, вот как я обычно поступаю в подобных ситуациях. Интересно. Хочу ли я сейчас поступить так же? Уверен ли я, что это лучшее решение проблемы? Возможно, мне стоит просто вкурить и поимпровизировать».

Достижение совершенства — всего лишь один из берегов. Есть и много других: если бы я только мог стать лучше, счастливее, успешнее.

Берни: Если бы я только мог достичь просветления.

Джефф: Неплохая заявка.

Был один замечательный монах-бенедиктинец и к тому же гончар: брат Томас Безансон[22]. Он создавал прекрасные скульптуры и керамику, но был из тех художников, которые разбивают девяносто восемь из ста своих творений, потому что считают только два достаточно хорошими.

С другой стороны, бывают художники вроде Пикассо, которые делают, по сути, то же самое, но в ином ключе. Сначала они говорят: «Пусть будет вот так» — и рисуют пейзаж какой-нибудь Французской Ривьеры.

Ты им говоришь: «Вау, вот это круто!»

Они смотрят на картину еще раз: «Нет, это не совсем то, что нужно».

Тогда ты бросаешься увещевать их: «Подождите! Подождите, вы же только все испортите! Хотя… нет, теперь я что-то вижу. Вот это уже интересно! Боже, какая красота! Ладно, тогда оставьте вот так. Нет-нет-нет, что же вы делаете! Вы опять все портите к чертовой матери!»

И после того, как они сделают так пять или шесть раз, сминают рисунок в комок, выбрасывают его и говорят: «Вот теперь у нас появились кое-какие идеи».

Нет ничего ценного. Либо все ценно, либо ничего, понимаешь, о чем я?

Берни: Есть целый стиль японской керамики, где трещины и сколы на изделии только приветствуются керамистами[23].

Когда тебе не дает покоя мысль о совершенстве, ты застреваешь в ожиданиях. Но можно сконцентрироваться на том, где ты сейчас и что происходит в этот момент. Когда я общаюсь с учениками, они иногда рассказывают, что прочитали в книге или услышали от учителя, как должно быть, но они пока так не умеют. Я им отвечаю: «Позаботьтесь о себе сейчас. Подружитесь с тем, что уже происходит, а не только с идеальной картинкой себя или мира. Где вы сейчас, как вы заботитесь о себе прямо в эту минуту?»

Единственно верный путь — не стремиться к совершенству, отказаться от других берегов, к которым ты тянешься в уме, и вместо этого джемить с тем, что вокруг. И если уж так вышло, что я перфекционист, и это важно в сложившейся ситуации, то я и буду заботиться об этом перфекционисте. Возможно, я пойму, что никогда не достигну совершенства, что всегда можно сделать лучше, но я все равно позабочусь о том парне, который хочет извлечь идеальный звук из инструмента. Не потому, что так правильно или неправильно. Просто это я вот прямо сейчас и именно о себе таком хочу позаботиться.

Джефф: Красиво, дружище.

Берни: Такой подход дает тебе направление, показывает путь. Стоит заботиться о себе на протяжении всего пути, а не только когда ты забиваешь гол. Помни о том, что ты забиваешь гол всегда, где бы ты ни был.