Пробовала хозяйка брать Дикарку на постель, зная, что все кошки мира любят тепло. Однако котенок при удобном случае моментально покидал мягкое ложе. За такое упрямство и суровость хозяйка быстро охладела к Дикарке и даже перестала замечать ее.
Вот хозяин совсем другой. Он не мнет ее, как какую-нибудь тряпку. Но стоит ей подойти к нему и потереться боком о его ноги, он тут же наклоняется и говорит: «Ну что, соскучилась?» — проведет медленно сильной ладонью по спине, отчего хвост задрожит, а глаза сами закрываются.
Дикарке еще нравилось лежать на коленях у хозяина, когда он писал за столом. Распластав длинное гибкое тело, Дикарка могла часами лежать неподвижно. Она успевала вздремнуть; при этом видела все, что делает хозяин. Они не мешали друг другу. Если же хозяин начинал гладить Дикарку, она чуть-чуть высовывала розовый язычок и шипела с присвистом, под рыжевато-бурой шерстью проступали желваки.
— Ну ладно. Забылся, — говорил хозяин и убирал руку.
Жена спрашивала:
— Почему Дикарка любит тебя?
— Мы просто не навязываемся друг другу.
— Нет, она тебе навязывает свое, а ты все равно держишь ее на коленях. — В голосе жены слышалось недовольство.
Когда начинался такой разговор между супругами, Дикарка невесомо спрыгивала на пол и, печальная, уходила в другую комнату.
— Любит она тебя, — серьезно говорила жена.
Когда лейтенанта не было дома, Дикарка скучала, подолгу крутилась у двери, надеясь услышать знакомые шаги, ходила по комнате как тень.
Встречала же хозяина сдержанно. Радость ее выдавало только то, что она чаще прикладывалась к блюдцу с водой и, задрав хвост, как бы мимоходом, терлась о ногу хозяина. Дикарка не мурлыкала, как другие кошки. Она вся дрожала, как под током. Она не могла дождаться, когда хозяин снимет одежду, пахнущую морем, умоется и сядет за стол.
— Ты что же это все вокруг да около, а ко мне не идешь? — спросит хозяин.
И только тогда Дикарка вспрыгнет ему на колени.
Однажды к молодоженам зашел старый Лю. Держась за его шаровары, настороженно выглядывали два внука.
— Как живет, капитана? Крыса больше нету? Убегай? Кис-кис живи? Расти большой? — быстро-быстро спрашивал старик и тут же сам себе отвечал: — Хорошо живи. Кис-кис большой расти. Крысы убегай. Хорошо!
— Спасибо, Лю. Крыс действительно теперь нет. А Дикарка выросла.
Она лежала, растянувшись, в углу, как маленькая тигрица. Однако стоило малышам приблизиться к лейтенанту, как Дикарка зашипела и сердито забила хвостом по полу. Ребятишки отпрянули и спрятались за Лю.
— Кис-кис хороший! Любит капитана шибко, — обрадовался старик. — Твоя тоже любит?
— Конечно, — засмеялся лейтенант. — Как же иначе? А если нет — чепуха какая-то получится. Эксплуатация.
Однажды вечером кошка впервые вышла на улицу. Она растерянно потопталась на камнях, то выпуская, то пряча когти, принюхиваясь к незнакомым запахам. И вдруг огромными прыжками помчалась на сопку.
— Дикарка! Дикарка! — позвал хозяин.
— Неужели она не вернется? — спросила жена.
— Не знаю. Ведь дикая. Посмотрим…
Женщина ушла домой, а муж еще долго стоял и звал Дикарку.
Солнце уже наполовину затонуло в море, раскалив у горизонта воду, скалистые сопки дыхнули жаром, зазвенели цикады, заквакали приглушенно в расщелинах лягушки.
Ночь наступила сразу, точно задернули над землей гигантскую штору, расписанную звездами.
Человек сидел на теплой каменной ступеньке и терпеливо ждал Дикарку. Уже несколько раз звала домой жена, а он все не уходил.
Кошачьими глазами перемигивались в чернильном небе звезды, дзинькали цикады, в камнях шуршали ящерицы, а может, и змеи — здесь их вдосталь. Вдруг рядом появились две звезды и медленно стали приближаться к человеку.
— Дикарка!
Кошка тут же вспрыгнула на колени хозяина и, вытянув шею, неумело коснулась его подбородка.
После этого случая хозяева уверовали, что Дикарка никуда не убежит. И в самом деле, она могла часами пропадать в скалах, но всегда возвращалась. Соседские кошки не признавали Дикарку, она — их.
Дикарка, как и все кошки, боялась воды, моря. Но когда хозяйка шла на берег встречать мужа, кошка следовала за ней. Она терпеливо ждала хозяина, забравшись на крышу или акацию. В такие минуты воробьи могли, не рискуя ничем, спокойно расхаживать перед самой ее мордой.
Как-то раз, когда корабль только пристал к берегу, лейтенанта сразу же вызвали в штаб.
— Я быстро, вы домой идите, — сказал он жене. — Дикарку забери.
Дома кошка лениво пошла в свой угол и, грустная, растянулась на подстилке. Хозяйка впервые заметила, что она почти в два раза длиннее обычных кошек.
— Не скучай, скоро вернется твой хозяин, — заметила женщина, накрывая на стол.
Дикарка благодарно махнула длинным, уплотненным на конце хвостом.
— Придет, придет…
Вдруг внимание хозяйки привлек какой-то шорох над головой и легкий звон люстры. Она подняла голову и застыла в оцепенении: по стержню люстры сползала черная змея. Хвост ее был еще в отверстии потолка, откуда торчал крюк для подвески абажуров.
