– Что вы? Как можно, Аполлон Аристархович? Мне же по должностной инструкции не положено, – смиренным тоном произнесла я, втайне насмехаясь над мужчиной.
– С какой стати ты вчера с Нежданом Натановичем укатила? – стоял на своем этот временно безрогий тип.
– Не было такого, – гнула я свою линию.
Во время нашего ухода никого из коллег в офисе уже не было видно, чтобы выдать, а на подземной стоянке обычные сотрудники машины не ставят. Если Неждан рассказал про вчерашний вечер этому типу, то пусть он и остальное докладывает, а я трепаться не собираюсь по поводу и без повода.
– Да как не было? Я же сам видел, как ты в машину к нему садилась, – выпалил Аполлон.
У меня сразу же на душе стало легче. Это получается, что Неждан ничего ему не говорил, он сам каким-то образом узнал.
– Это вам померещилось, – бываю я иной раз упертой донельзя.
– Ладно. Можешь отпираться сколько угодно.
Аполлон перегнулся через стол и приблизился к моему лицу.
– Не пойму, что ты в нем нашла? Или деньги не пахнут? Глазки прикрыла и вперед, полчаса и потерпеть можно. Зато потом – гуляй не хочу, шмотья валом. Будет чем перед подружками покрасоваться. Так?
И все это было сказано с такой гаденькой ухмылочкой, с сарказмом, что у меня возникло дикое желание затолкать его гнилые слова в глотку, до самого дна протухшей душонки. Еще возникло желание ударить. С размаху. Наотмашь. Но я сдержалась. Кто бы только знал, чего мне это стоило – просто нечеловеческих усилий. Ударив, я, безусловно, почувствовала бы себя отомщенной, но при этом нажила смертельного врага, неизвестно каким боком мне подобный поступок выйдет впоследствии.
– Если я сейчас начну все отрицать, вы же все равно не поверите. Ведь так? – стараясь, чтобы голос не звенел, проговорила я.
– Не поверю, – ухмыльнулся мужчина.
– Вот и хорошо. Можете остаться при своем мнении. Мне все равно.
Кривая улыбка сползла с лица Аполлона. Он явно не ожидал от меня подобной реакции. Я сама не ожидала. Вот только мне совершенно не хотелось обсуждать Неждана и вообще разговаривать о нем, потому я постаралась прекратить этот малоприятный разговор. Не тут-то было.
– Я же гораздо красивее, – сказал голубоглазый и соблазнительно расправил плечи.
Он бы еще задом ко мне повернулся, чтобы продемонстрировать товар жо… пардон, лицом.
– Кого? – сделала я недоуменное лицо.
– Неждана. Неужели будешь отрицать?
– Нет.
Зачем отрицать очевидное? Вот только фантик у тебя красивый (так мне хотелось выплюнуть ему в лицо), а начинка протухшая. Я как-то купила коробку разрекламированных конфет. Дорогущих. Открыла, а они заплесневели, хоть срок годности еще не прошел. Так же как и вы, Аполлон. Но вслух я этого, разумеется, не произнесла. Какая-то опасность исходила от этого мужчины. Злоба. Мне не хотелось его провоцировать.
– Я же говорил, – самодовольно произнес он.
– О чем?
– Что я лучше.
Его прямо-таки распирало от собственной значимости.
– Может быть.
– Точно говорю.
Сколько же этому наглому типу отмерили ханжества в небесной канцелярии? Видимо, целого танкера не пожалели.
– Я безумно рада за вас, – выдавила из себя, надеясь, что он не лопнет от самолюбования.
Ведет себя, как нарцисс, разглядывающий себя в ручье.
– Предлагаю порадоваться вместе.
Это он предлагает себя, что ли?
– Нет. Мне не надо. Я от переизбытка могу заболеть.
– Ты меня не поняла. Тебе выпала честь считаться моей девушкой.
Я икнула от неожиданности.
– Вы шутите? – поинтересовалась.
– Ты рада? Да?
И как только он от гордости не лопается?
– Боже упаси, – в запале произнесла я. – Не надо мне такого счастья.
– Как это не надо? – не понял мужчина. – Я же хочу, чтобы ты…
– Аполлон Аристархович, – медленно начала я, – вы смерти моей хотите?
Мужчина удивился, не понимая, к чему я клоню.
– Зачем смерти? Живи.
– У такого мужчины толпы поклонниц и поклонников (тут я вспомнила про Стаса, зла я ему не желаю, но он такой, какой есть), вряд ли смогу соперничать за главный приз.
– Какой это приз? – переспросил он.
– Вас, – доходчиво объяснила я.
– Не надо за меня… – попытался он вставить.
– Вот и я говорю, что не надо. Не могу. Не достойна. И, вообще, – выпалила я, – я замуж выхожу!
Последняя фраза вырвалась из меня сама по себе. И откуда только взялась?
– Когда? И за кого?
– Вы его не знаете, этой мой давний знакомый… Э-э… Через месяц свадьба. Мы уже и ресторан заказали. А платье у меня будет…
Черт, какое же оно будет? Тут я вспомнила о Стасе и его мечтаниях и решила украсть:
– Персиковое с рюшечками! Вот тут, тут и тут, а еще вырез вот такой, а здесь у меня будут оборочки. И еще диадема на голове. А как вы думаете, какие мне туфли надеть, белые или все же персикового цвета? А волосы распустить или заколоть? Вот здесь и здесь. Да. Я еще забыла, что у меня платье в стразиках будет. Я сейчас покажу, где они будут пришиты.
И я начала показывать стратегические места крепления страз.
