Череп, закусив селёдку джемом, подошёл к викингу и стянул ему стяжкой запястья за спиной. Затем сильно ударил под колено, и викинг рухнул на пол. Быстро обыскав его, изъял громадный нож, пистолет Макарова и две гранаты Ф-1. Стянув ещё для надёжности щиколотки, сказал Йорику:
— Дёрнется — оторви ему голову.
— Здец, Ереп!
— Хотя меня и грубо перебили, — продолжил Рекс, — но я хочу поднять этот бокал за нас! Мы оставим всех с носом и выберемся отсюда! Ура!
Клич Рекса подхватили все, кроме насупившегося викинга. Даже Йорик, размахивая колбасой, кричал: «Уря!»
Через десять минут мы смели весь стол и выпили ещё три бутылки, после чего приступили к допросу скандинавского гостя. Череп и Рекс посадили викинга на табуретку. Рекс зашёл ему за спину и за каждый неправильный ответ бил его по почкам. Йорик внимательно смотрел и запоминал.
— Как тебя зовут, рожа? — Череп начал допрос и чем-то напомнил мне белогвардейского офицера, допрашивающего красного партизана. Ему не хватало только лайковых перчаток, чтобы отхлестать эту скандинавскую харю.
Викинг молчал. Может, не понимал?
— Отвечай, скотина! — Удар по почкам стал неожиданным для рыжего скандинава.
— Олаф, — прошипел викинг.
— Ты людоед, Олаф?
— О́дин не против! — с ударением на первую букву прохрипел викинг.
— Он тебе сам сказал?
— Сама узнаешь, когда моя твоя жрать будет.
Ещё два удара. Звуки, как по груше в спортзале. Мне на втором курсе университета мальчик один понравился, так я ходила смотреть, как он занимается. Кеку… Кёкау… Кёкусинкай. Блядь. Каратэ, короче, он занимался. Подпрыгивая, умудрялся крутиться на сто восемьдесят градусов и в прыжке бил по груше ногой так, что она отлетала в потолок. Собственно, это всё, что он умел. Мозгов в процессе общения выявлено не было, и я охладела к нему. Не груши же мне с ним околачивать. Мальчик всё-таки в университете учился, но оказался полным олигофреном, принятым по протекции богатого папы.
— Сколько вас?
— Пять кораблей.
— На одном сколько ваших обормотов умещается, чучело? — Рекс ударил бородатого сзади по ушам. Йорик стоял за ним и медленно отрабатывал руками удар, запоминая, как надо бить.
— Твоя кормить меня! — нагло заявил викинг, когда очнулся от неожиданного удара. Череп взял из припасов кусок вяленого мяса и засунул в рот скандинаву. Прожевав, тот ответил:
— Твоя конец будет. У нас больше пушек. В одном корабле сотня братьев.
На это Рекс промассировал ему печень.
— Ок, братан! Женщины у вас есть? — подключилась к допросу Немезида.
— Жена не человек. Есть. В хлеву живут.
Юлька от злости позеленела и пробила ногой в солнечное сплетение сидевшему на табуретке людоеду.
— Рекс! — Два удара, и викинг скорчился.
— Где взял это? — Череп подбросил на ладони гранату Ф-1.
— В трюме.
— Понятно. Где трюм?
— Под землёй.
— Дорогу покажешь?
— Я покажу. — В дверях стоял Горец, из-за его плеча выглядывала Лилит.
— Горец! Жив, бродяга. — Рекс облапил бывшего начальника Вавилона. — Вот правда, Горец неубиваемый.
— Лилит, а мы думали, вы того, — обрадовала её Немезида.
— А мы, что вы того, — засмеялась бывшая нимфа. — Вторую неделю уже здесь. Этот кластер взрывается раз в два дня. Хорошо, что вас нашли.
— Мы по вашим следам шли, — добавил Горец. — Боялись не успеть.
— А как вы за неделю в аномалию не вляпались? — спросил Титан.
— О, это отдельная тема. Когда переместились сюда, нас почти сразу нашли местные стронги. Партизанят здесь, нолдов ищут. Среди них есть проводник, он-то нас и вывел. Мы в трёх метрах сидели от «кляксы» и не подозревали даже. А вот его лучше убить, — показал на викинга.
— Так он же связанный, — удивилась я.
— Но может укусить, и даже Улей не вылечит. Ядовитые они. Нога распухнет, придётся отрезать. Что интересно, с регенерацией здесь немного хуже, чем на предыдущем уровне.
— То-то я смотрю, рука не заживает.
— Заражённые? — спросила Лилит.
— Нет, пуля. Навылет. Рана чистая.
— Марго, а ты как сама? Дар твой? — поинтересовался Горец.
— Нам всем теперь новые дары дали. Мой стал универсальным. Я нимфа.
— Упс, — скорчила гримасу Лилит.
— Не то слово, — покачала я головой. — Крыльев больше нет. Стаи, похоже, тоже. Но Йорик ко мне прикипел и даже называет мамой.
— Он заговорил?
— Немного.
— Это хорошо, но нам надо уходить отсюда. Скоро здесь будет полно викингов, а за ними придут заражённые. Пойдёмте в лагерь. Там и решим, что дальше делать.
— А что тут решать? — сказала я. — Мы сюда зачем собирались?
— Чтобы выбраться отсюда, — сказал Горец.
— Этим и займёмся. Стронги помогут?
— Не знаю, но дорогу к викингам покажут.
— И то хлеб, — произнёс Череп вставая. — Йорик, делай.
Йорик подошёл сзади к викингу, безмятежно сидящему на табуретке, и резко, без замаха ударил один раз в печень, после чего бородач клюнул носом и свалился на пол бездыханным телом.
— Здец! — сообщил мой ручной вампир. — Ма… ма! Йорик!
— Молодец. Он теперь с нами питается, и на мертвечину его уже не тянет.
— Глядишь, к концу нашего похода в человека превратится.
— Вон Жнец вернулся к прежнему виду.
— Я сколько лет элитой был, уж и не помню.
— Так он тоже. Сам говорил, что ему лет сто.
