- У тебя его заберут.
- Точно. Вот черт.
- А ты знаешь, где он?
- Ох, ё-мое. Вот черт.
- Ладно, ЮнМи, тоже уже пойду, чтобы не расстраивать тебя еще сильнее. Пока.
- Спасибо тебе, что заботишься обо мне, - говорю СоМи на прощание.
Первую половину ночи не мог заснуть. Все думал, что я наделал. И куда это может меня завести дальше, если я продолжу так переть без оглядки.
Мне ясно дали понять, что при желании, никакие законы, тут не действуют. Кроме тех законов, которые выгодны тем и устанавливают те, у кого есть власть. И если что, то меня разотрут в порошок и не заметят. Не очень приятное ощущение.
Я все еще не просто мелкая сошка, а винтик в стройной машине южнокорейского государства. И если такой винтик не выполняет свои функции, то его заменяют и просто выбрасывают. Как было с отцом ЮнМи. А местное общество это скорее... патриции и плебеи, которые любят смотреть на гладиаторские бои, что начинают устраивать еще со школы, чтобы выживали и пробивались наверх только сильнейшие. А если ты придумал во время сражения что-то новое или нарушил правила, то на тебя спускают львов, сразу давая приказ занять свое место, если выживешь. Да еще присваивают все заслуги себе. И позволяют действовать только по указке, что можно, что нельзя, прямо как рабовладельцы. Даже мужа или жену подбирают правильного сорта, гребаные селекционеры. Надеюсь, теперь хотя бы эта участь меня больше не коснется. Хреново, что так получилось, но даже я не собирался вмешиваться в свой организм таким противоестественным путем. Даже не задумывался до всей этой ситуации, и дальше не собираюсь. Ведь неспроста все это. Буду полагаться на слова и замысел Гуань Инь, а то я так и не доживу, чтобы узнать - какая у меня цель - мысленно рассмеялся я.
И как сказала СоМи, им выгоднее опять спустить всех собак на меня. А мне что, забиться под камень и не отсвечивать? Делать то, что приказали. И вот мы снова на том же месте, откуда начали. Только в комплекте у меня теперь еще и недокомплект в плане органов.
Сбылась мечта идиота. Как я не хотел кланяться, так мне теперь полмесяца вообще нельзя сгибаться, потом еще месяца три не рекомендуется. А потом если я захочу, то еще на полгода, а то и на целый год, могу растянуть, и всем говорить, что врачи посоветовали.
Бойся своих желаний.
Это было еще хуже, чем в первый раз: лежать и ничего не делать. Тогда у меня просто не было сил, а сейчас я сам должен был себя ограничивать. Это не пытка, успокаивал я себя, это тренировка терпения, которого как раз у меня и не было.
На следующее утро первой посетительницей, до своего университета, оказалась СунОк. если не считать медперсонал, во главе с доктором ДжиЕн, которые еще раньше навешали меня в палате, интересуясь о моем состоянии, и есть ли какие жалобы.
Сестра выглядела немного осунувшейся, уставшей и помятой. Видимо в эти дни она сама по правде много напрягалась. Даже дернулась и хотела кинуться меня обнять, но вовремя опомнилась. Надеюсь потому что вспомнила о моих травмах, а не потому, что мы не ладили и почти не разговаривали.
- Привет. Проходи, - говорю ей, когда замечаю СунОк в дверях. - Только не кричи и не пугай меня как обычно, а то мне нельзя сейчас делать резких движений.
- Как ты? - немного нерешительно все же спросила сестра.
- Спасибо. Нормально. Вот, я решила еще похудеть и сбросить вес, хирургическим путем.
- Идиотка, - припечатала меня СунОк своей трактовкой моих умственных способностей. Н-да... я опять забыл, что с ней лучше не шутить.
Затем СунОк стала ко мне как-то слишком решительно и агрессивно, как мне показалось, приближаться. Потом, подойдя к больничной кровати, стала склоняться и нагнулась надо мной... и вытащила свой диктофон из под моей подушки, и передала его мне. Вот же... Слов нет, чтобы сказать, кто она.
Ну, с одной стороны сестра умница, но с другой стороны: я совсем мозги себе отбил, что ли. Я вчера наговорил такого. Да еще и кому. Полицейскому. Нет, СоМи, конечно, игнорируют по большому счету, но, как известно, и палка раз в год стреляет. А тут я в руки СоМи сам дал такое ружье. Надо быть осторожным в таких высказываниях. Надо будет как-то отвлечь ее, сказать, что это было обычное посттравматическое состояние аффекта.
Когда СунОк сама уселась без приглашения на край, то мы поговорили с ней. Вдвоем. Впервые. Нормально.
Она спрашивала о моем здоровье и самочувствии. Рассказал ей, что почти не расстроен от того, что теперь они вдвоем с мамой точно не погонят меня на свиданки. Сам спрашивал об их здоровье. СунОк жаловалась только на усталость. И мамино здоровье в порядке. Вот как только поговорим, то она сразу пойдет к ней и обрадует ее, что ЮнМи пришла в себя. И что с ЮнМи все хорошо, ну учитывая ее травмы, конечно. Спрашивала и про мою память, не вспомнила ли ЮнМи еще чего-нибудь.
