Забава увлекла, и через пару минут я снова купалась в тазике.
Веселье кончилось тогда, когда судьба столкнула нос к носу с Лазавеем. Преподаватели тоже не гнушались ловли яблок и соревновались наравне со студентами.
Стушевавшись, лихорадочно раздумывала о том, не солгать ли, что мне надоело, а потом заметила Тшольке за спиной Лазавея и изменила решение. Никуда я не уйду, продолжу веселиться и даже выиграю. Не всё на улице Осунты праздник!
Только глаза всё время норовили остановиться на лице магистра. Тот не слепой, заметил, но истрактован иначе:
- Всё в порядке, Агния, это всего лишь игра.
Он решил, что я опасаюсь выиграть, буду поддаваться. А боюсь-то совсем другого.
Так, а Тшольке не понравилось, что Лазавей назвал меня по имени. Мелочь, но приятно.
Магистр уступил мне право первого яблока. Не стала спорить, но едва не проиграла: от волнения никак не могла ухватить черешок, зато едва не стала русалкой. Меня даже вытаскивать собрались, чтобы не захлебнулась, но справилась.
Дальше дело пошло лучше, я расслабилась и вошла во вкус.
Когда яблок осталось мало, каждый норовил ухватить более удобное, не дожидаясь, пока оно достанется сопернику. Кончилось тем, что я и Лазавей столкнулись лбами. В итоге яблоко благополучно юркнуло под подбородок магистра, а мы изрядно хлебнули воды.
Откашлявшись, Лазавей рассмеялся:
- Прыткие же пошли студенты, поперёк преподавателя в пекло лезут! Мухлюете вы, Агния, торопитесь.
- А как не торопиться, если остальные яблоки мелкие, - парировала я.
Руки за спиной затекли, но сдаваться не собиралась. Потому что сейчас мы равны, а я хочу выиграть. На глазах у Тшольке: теперь всё буду делать ей назло. И раньше её не любила, а теперь и вовсе.
Когда я только успела по уши вляпаться? Вроде сначала замужем была, потом измену Хендрика тяжело переживала, затем с Алоисом отношения налаживала, демонический учила... и возмущалась в кабинете Маргариты, как посмела Осунта мечтать о мужчине, младше неё. Видимо, уже тогда тайком думала не о том.
Ладно, сейчас не место и не время выяснять, когда заболела, а нужно решать, что с этим делать. И вытащить-таки это бесово яблоко!
Замечтавшись, не заметила, что которую минуту стою столбом. Очнулась, когда Светана похлопала меня по плечу, тихо спросив:
- С тобой всё в порядке?
Вместо ответа деревенским 'журавлём' нырнула в воду, но поторопилась, потеряла равновесие и уронила таз. Ладно, если б просто уронила, так облила Лазавея, больно ударилась животом и подбородком. Вода в лёгких - не в счёт, откашляться никак не могла.
Соревнование прервали.
Лазавей легко, за считанные мгновения, избавился от шнурка на запястьях и присел рядом со мной, скрючившейся, содрогающейся в кашле. Судя по всему, ему привиделось что-то серьёзное, раз он не бросил на попечение Светаны.
Подруга протянула мне платок:
- Кровь вытри.
Ой, так я лицо в кровь разбила? Когда только успела?
Спазмы перестали сотрясать горло, зато живот и подбородок ныли.
- Отведите её к магистру Аластасу, - обратился Лазавей к Светане.
- Не надо, всё в порядке, - красная, как свёкла, пробормотала я.
Магистр мокрый, как мышь, одежду нужно менять, а то сквозняки, зима на дворе, простудится.
- Я же вижу, что нет, - резко возразил Лазавей и протянул руку.
В недоумении уставилась на него, и магистр пояснил, что хочет проверить, нет ли ушиба.
- Да, неуклюжая корова! - на сцене возникла Тшольке. - Хочешь, провожу её к лекарю?
Лазавей промычал что-то неразборчивое, которое можно было трактовать и как 'да', и как 'нет'. Он осторожно положил ладонь мне на живот, слегка надавил, спросив, не стало ли больнее?
Не стало, и все с облегчением выдохнули.
Светана отвела меня в сторону, усадила на скамью и, причитая, начала приводить в порядок.
Синяк на лице - лучшее украшение девушки? Вряд ли. А мне предстоит с ним ходить.
Сказать, что расстроилась, - промолчать. Выть хотелось, и я тихонечко разрыдалась, отвернувшись, чтобы не портить праздник.
Подошёл Лаэрт, прервавший ради меня участие в соревновании, сел рядом, обнял и заверил, что магистр Аластас всё уберёт. Ну да, конечно, станет он такими пустяками заниматься!
Оттого, что опозорилась на глазах тех двоих, которые меня волновали, стало ещё горше. Встала и заявила, что ухожу. Праздник закончился, пойду к Марице.
Друзья в один голос начали отговаривать, а потом Светана, убедившись, что барану рога не распрямишь, направилась за кем-то из магов. С укором бросила Лаэрту: 'Сам бы мог!'
Эльф виновато развёл руками: не проходили такого пока, на третьем курсе только лечебная магия, как раз перед полевой практикой.
- Она очень переживает, уйти хочет, - донеслись до меня торопливые слова подруги.
К кому она обращалась, не видела: сидела, отвернувшись.
- Из-за такого пустяка? - удивился Лазавей - его-то голос узнаю. - Что за ребячество! Госпожа Выжга, явите нам свой лик, и мы избавим его от ненужных украшений.
Смущённая, повернулась, извинилась за то, что облила его.
Магистр отмахнулся и коснулся моего подбородка. Пара движений, лёгкое пощипывание кожи, шёпот Лазавея - и Светана восхищённо охнула.
