— У меня есть такой человек. — Сказал Феликс. — Даже двое. Один из них не честный человек, Глетий, викарий при храме, который возжелал власти. Первожрец его не пускает выше, держит под строгим надзором, обирает. Может, скоро к нему убийц подошлет. А второй — отшельник с гор, бывший жрец Одина. Очень уважаемый человек, чудотворец, его очень любили в народе. Я взял на себя смелость тайно пригласить отшельника сюда… Он ждет в коридоре.
— Нда… — Я ещё раз порадовался, что не прогадал с назначением своего Железного Феликса. — Зови сюда своего отшельника…
Думал, что сначала отшельника придется отмывать и скоблить. А потом ещё полчаса — другие выслушивать разнообразные бредни о космосе, о мире и о роли человека в ноосфере.
Но в Малый тронный зал вошел уверенный и крепкий мужчина преклонных лет. Навскидку лет пятьдесят можно дать, или даже побольше. Одет не в рясу, а в простую и удобную одежду, которую тут можно увидеть на богатом крестьянине, штаны, рубаху и куртку. На ногах прочные сапоги с высоким голенищем, на голове капюшон.
— Ваше Величество. — Поклонился мне отшельник.
— Мастер… Э….
— Моё имя Кирк, Ваше Величество, и я не мастер, я свободный человек. Я служу Одину.
— Очень хорошо! — Приветствовал я его. — И как же ты ему служишь? Что делаешь?
— Хожу по домам и по деревням, изгоняю вредных явлений, Малый народ могу отвадить, немощи заговорить, прояснить разум или отговорить беды… — Голос у отшельника оказался красивый, спокойный.
Понятно. Психотерапевт…
— О? Слушай… Знаешь ли ты главу Гильдии Купцов, мастера Андрея?
— Он приходил ко мне несколько лет назад, Ваше Величество. Просил наставить на путь истинный его сыновей, Ивана и Влада. Я отказался, ибо человеку нельзя помочь, если он того сам не желает.
— А можно ли помочь самому мастеру Андрею? — Заинтересовался я.
— Это выше моих сил, Ваше Величество. Я не всемогущ.
— Понятно. — Значит, вот такой психотерапевт по требованию. — Слышал ли ты о том, что творит Первожрец?
— Нет, Ваше Величество. Почтенный господин пригласил меня на беседу, и вот я тут. Только я не предполагал, что меня сразу приведут к королю…
— А откуда ты родом, мастер Кирк? — Чуть не сказал "Капитан".
— Я из Ильрони, Ваше Величество. У моих родителей поместье около Морского Замка… Было, пока там не встала армия графа Лурга. Теперь уже нет. Я младший сын, пошел на службу в храм Одина. Провел там десять лет в трудах и науках во славу Отца Богов, а после решил удалится от мира людей и продолжить совершенствование себя в уединении. В шумном городе и даже в тиши храмовых библиотек слишком много соблазнов, Ваше Величество. Вот уже семь зим минуло с тех пор, как я выстроил себе небольшой дом около тракта, и живу с леса и с природы. Люди Лесного барона иногда приходили ко мне за посильной помощью, в том числе и этот молодой человек, которого нашли под снегом…
Говорили мы с ним не очень долго. Кирк этот был чем‑то вроде странствующего доктора.
Да, храмы в этом мире оказывали какие‑то мелкие услуги. Привидений там вывести, с Малым народом договориться, чтоб те посевы не портили и коров не доили, ну и так, по прочей мелочи. Ещё храмы могли оказать и услуги покрупнее. Например, избавить от Вещи или закрыть древнюю могилу Малого народа.
Ну, в советской школе говорили, что жрецы наживались на суевериях. Ну, тут так же и было…
Ещё заодно капитан Кирк работал кем‑то вроде психотерапевта, помогал да учил, немного лечил. За то благодарные крестьяне приносили ему еду. Лесные разбойники приносили своих раненых. Иногда приходили местные помещики — дворяне, советовались, как поступить в тех или иных ситуациях…
Короче, образованный человек такой, имеющий толику влияния, но не от мира сего. Наверное, подойдет? В любом случае, иного нет, а Первожреца на место надо ставить обязательно, пока не обнаглел и не начал выдвигать условия. Паствы‑то у него уже нет почти что, Мойку я разогнал. Теперь успех надо закрепить.
— Кап… Кирк. Никак не могу привыкнуть, как же называть‑то? Мастер не годится, а уважаемый?
— Мой благородный отец успел лишить меня дворянства, Ваше Величество. Да и ни к чему дворянство тому, кто идет путем богов, совершенствуя свою душу. Мирское зачастую мешает на этом пути…
— Вот — вот, как раз и поговорим о мирском. До меня дошли сведения, что теперешний Первожрец Храма Одина в столице слишком много отдает мирскому в ущерб духовному пути. Что ты скажешь?
— Первожрец Одина всегда отдавал мирскому слишком много внимания, Ваше Величество… Но почему вы говорите это мне?
— Да потому, Кирк, что не гоже королю вмешиваться в дела храма. Богу — богово, а государю — государево. Но продажу оружия и воровство денег я простить не могу, ибо это подрывает основы моего королевства, сеет смуту да и просто опасно это, в конце‑то концов!
Кирк слушал внимательно. А как я закончил, так он высказался, резко, словно в воду нырнул.
