— Значит так! Ты быстро в душ, дальше красим и подбираем одежду и обувь по размеру. Пару помощниц спустите в подсобку, что бы настоящий номер тринадцать на свет не выполз. Пусть сидит там до самого окончания. Эта вроде толстовата, хотя по лицу не скажешь. Как только мы ее приведем в порядок, собираете всех девушек и проговариваете с ними хореографию и дефиле — так что бы наша Милена…
Решив все-таки высказаться я перебила:
— Я Катя!
Стилист, отмахнувшись, продолжила:
— Нет, сегодня ты Соколова Милена. Так вот, вы проводите прогон, так чтобы Милена запомнила хоть что-нибудь. Глядишь и пронесет!
Я, поднявшись и передав платье стилисту серьезно сказала:
— Я против этого фарса!
Стилист моралью особенно обременена не была и потому разведя руками поведала мне истину:
— Тогда я зову Жольца и разбираемся с порванным платьем!
— Оно уже зашито!
— Я его порву ради такого случая!
— Но так нельзя, это обман!
Стилист приблизившись тихо, но очень грубо ответила:
— Конечно обман. Только если ты сейчас продолжишь артачиться, около двадцати человек не получат оплату разной величины, сорвется конкурс который готовили больше трех месяцев, и пострадают много не в чем не виноватых зрителей. Я тут, кстати, сходила до отдела кадров и узнала на всякий случай, что за уборщица у нас сегодня тут, ну вдруг ты смоешься, а нам потом с платьем разбираться. Так вот, Евдокия. Вы удивительно хорошо выглядите для своих лет. Жольца видеть тебе не выгодно, потому уговор Милена-Катюша. Ты поможешь нам, мы поможем тебе.
Я прикусила язык. Тот момент, когда не знаешь что сказать и сделать чтобы что-то изменилось. Сжав зубы я так же тихо спросила:
— Куда идти?
Меня подхватили и практически потащили в сторону душевых. Там я помылась и натерлась всем, чем сказали. Что странно, тут же был переносной моментальный загар. Я таким никогда не пользовалась, но буквально за несколько мгновений моя кожа стала аппетитного бронзового цвета, а не как до этого — мертвенно-упырячьей. Мне выдали абсолютно новые комплекты бесшовного бежевого белья и поставив в нем на постамент принялись обсуждать:
— В халате толстой казалась, а так и не скажешь.
— Я поначалу думал ей лет сорок или пятьдесят, а тут девочка почти что…
— Вы посмотрите на цвет волос, ну прям тренд! Платиновый русый блонд, даже естественный, если я не ошибаюсь?!
Я только успевала либо отрицательно, либо положительно кивать и мотать головой в разные стороны. Мне в этот момент подбирали обувь на каблуках. Что хорошо — каблук не был запредельно высоким, а на таком какой подобрали, я по школе хожу. Пройдя туда-сюда, мне дали пару советов, куда наклонить корпус и руки, где держать колени и каких зазоров быть не должно, но в целом остались довольны. Дальше меня посадили в кресло и принялись колдовать над прической и макияжем. Смотря на фото пробного макияжа, девушка быстро наносила на меня слой за слоем и осматривая со всех сторон подводила штрихи. На голове мне накрутили пышные локоны разбив их. Буквально через сорок минут я стояла у зеркала в простом платье летящей фактуры и не могла узнать себя.
Мы вышли на сцену и педагог по дефиле — провела меня по маршруту, который предстояло пройти. Ничего сложного там не было. Я столько этих показов перевидала, когда прибегала к тете на работу, что все было предельно ясно. Тем не менее, я раз за разом повторяла то, что требовали от меня. Хорошо, что я не самая первая выхожу и у меня до начала всего этого — еще было время запомнить хоть что-то.
Собрав всех участниц вперед вышла одна из организаторов, чье предназначение я не знаю, и сказала:
— Уважаемые участницы, как вы знаете — у нас произошло ЧП. Одна из девушек употребила спиртное в неадекватном количестве и не сможет участвовать в конкурсе.
Девушки стали переглядываться между собой. Можно бы было принять это за обеспокоенность, но если смотреть до конца, то тут и там стали мелькать чуть заметные улыбки. Организатор, будто не видя этого продолжала:
— Так вот, так как сократить сейчас число участниц не представляется возможным, Милену Соколову будет представлять другая девушка. Обращаться к ней стоит так же, ничего менять не нужно. Убрать номер мы не можем, можем только отменить все шоу, понимаете? Родственники Милены предупреждены и будут болеть, и поддерживать свой номер так же сильно. От вас же требуется только чуть-чуть помочь ей и если что направить и подсказать.
Дальше был короткий прогон тех частей, в которых появлялся номер тринадцать, то есть я и на этом закончили. Девушки пошли в сторону гримерок поправить макияж, одеть ювелирные украшения и доделывать прочие женские мелочи. Я осталась на сцене — прохаживая маршруты столько раз, сколько позволит время. Позади меня высветились на экране очень много драконов. Остановив одного из световиков спросила:
— А что это?
Тот, усмехнувшись, потянулся и ответил:
— Так год дракона наступает, вот шоу все на них и завязано. Ты короны не видела еще? Там тоже то рубины, то драконы извиваются. Красота, одним словом.
