Чужая кровь полностью

Еда оказалась тоже не ах – жареное мясо, мясной пирог и сыр. Местное вино отдавало таким «ароматом», что пробовать его не захотелось даже не избалованному земными винами Шакру: как и мы, он мрачно пил воду и жевал слегка пережаренное мясо…

…Дождь стих поздно вечером, когда пускаться в путь уже не было смысла. Поэтому, поужинав без всякой души, мы разбрелись по комнатам и занялись приготовлениями ко сну. Вернее, ко сну готовилась только я, свернувшись калачиком на своей половине кровати, а Ольгерд упорно оттачивал комплекс, который придумал еще в Академии Ронтара.

Последовательность движений и ударов, которую из всей нашей компании могли нормально повторить только Дед, Эрик и я. Угги и Нейлону не хватало пластики. Арти – силы. А пройти весь, да еще и в джуше, умудрялся только мой брат. Правда, периодически скидывал темп, чтобы не косячить. После восьмого по счету прохода, когда у меня зарябило в глазах, он наконец успокоился и принялся за растяжку. Поняв, что можно отрубаться, я показала брату язык и закрыла глаза…

…Уйти в джуше во сне мне раньше не удавалось: провалившаяся подо мной кровать оказала мне очень серьезную услугу. «Медленно» падая куда-то в темноту, я вдруг почувствовала, как руки брата с силой отбрасывают меня от себя и здорово шваркнулась спиной о стенку. Но на пол приземлилась все-таки на четвереньки, умудрившись не удариться ни лицом, ни грудью, ни коленями. И тут же метнулась в сторону, под ноги дернувшемуся ко мне мужчине.

Моток веревки в его руках намекал на мое будущее, и я слегка вышла из себя – с переката врезала ему кулаком в пах, а потом добавила пальцами в горло согнувшемуся от дикой боли похитителю. Дикий крик за его спиной заставил меня кинуть взгляд в сторону места, где должен был находиться Ольгерд. Картина, которую я увидела, заставила меня содрогнуться: прямо под местом, где спал Ольгерд, остриями вверх были закреплены два коротких копья с похожими на лезвия ножей отточенными наконечниками! Если бы не тот самый толчок брата, сообразившего оттолкнуться от меня, у него не было бы шансов…

Поэтому его реакцию на такое пробуждение я поняла и простила: первый же мужик, до которого он дотянулся, уже трепыхался, насаженный на ближайшее к Ольгерду копье, а два других, не успевая реагировать на движения моего озверевшего брата, испуганно пятились в сторону узкой двери, видимо, ведущей на задний двор таверны. Дать уйти этим уродам в планы Ольгерда не входило: проскользнув между впустую полосующими воздух топорами, он проломил гортань одному, а затем и второму мужичку…

Хозяина постоялого двора, забившегося в угол где-то сзади меня, лично я заметить не смогла. Зато Ольгерд мимо не прошел: подойдя к трясущемуся, как осиновый лист, бородачу, он весело ухмыльнулся и поинтересовался:

– Интересно, а каково тебе будет почувствовать эти колышки на собственной заднице? Видишь, один из них до пятницы совершенно свободен…

– Не надо! Меня заставили! – дурным голосом взвыл мужичок, но это ему не помогло: через пару мгновений он уже изображал из себя экспонат гербария… Или как там правильно называется коллекция бабочек?

– Что случилось? – голос Шакра, еле перекричавшего вопли обоих жертв корриновских понятий о справедливости, заставил нас вспомнить и о нашем проводнике.

– Да ничего… Эти уроды решили, что у моей сестры – слишком хорошая фигура для того, чтобы принадлежать Вовке… – хохотнул Ольгерд. – Пришлось их в этом разубедить…

– Да, пожалуй, с него причитается… – улыбнулась я, и, подойдя вплотную к брату, поставила ногу на его сцепленные ладони. – Готова!

Чуть не врезавшись теменем в потолок второго этажа, я приземлилась на пол нашей комнаты и с интересом принялась разглядывать петли, на которых держались дверцы люка.

– Смотри, какая интересная система! – представив себе ее работу, я ткнула пальцем вниз. – Там, в матрасе, должны быть ребра жесткости, а то при открывании обеих створок мы должны были сбиться в одну кучу. А так каждый падает на строго определенное место и не создает проблем с идентификацией…

– Угу… И гнезд для кольев тут штук двадцать… можно корректировать их положение… А если поставить все, то у спящих нет вообще никаких шансов… – проорал Ольгерд. Потом, решив, что вой «Бородача и K°» его утомил, свернул им шеи…

– М-да… Все, выспались… – оглянувшись по сторонам и решив, что на сегодня отдыха уже достаточно, я подошла к изголовью кровати, оставшемуся неподвижным, и взяла свои мечи со специально сделанных «заботливым» хозяином подставок. – До рассвета еще часа четыре… Что будем делать?

– Позавтракаем, затаримся едой и в путь…

Вокруг площадки за околицей деревни, предназначенной для Поединка Чести, собрались все жители клана от мала до велика. Принесли даже парочку отживших свое стариков, чтобы те могли полюбоваться на первое в истории их народа зрелище – участие в Поединке женщины-чуже– земки.