А восточная выстояла, и уже к седьмому веку, при Юстине и Юстиниане Первом, Империя Константина Великого — Византия вернула свое богатство и могущество. В это время на берегах Босфора развернулось грандиозное монументальное строительство. Бывший город Византий, переименованный позже в Константинополь, украсили красивейшие церкви, дворцы и общественные здания. В центре города было воздвигнуто чудо архитектуры, христианский храм Святой Софии. Стали процветать науки и культура. Здесь жили и работали выдающиеся философы, богословы, поэты, художники, скульпторы.
Второй Рим, как еще называли Византию, расширял свои владения. Он постепенно включил в себя Балканы, Северное Причерноморье, Крым, Малую Азию, Ближний Восток, Египет, Италию, Северную Африку.
Император Ираклий присоединил к своей Империи Аварский Каган и разгромил могущественную Персию. До ее завоевания Персия была веротерпимым государством, в котором без притеснения проживали иноверцы и еретики, кабалисты и гностики. И едва исчезла граница, все они хлынули в Византию. Население заражалось всевозможными лжеучениями и верованиями. Начался разброд.
Византия медленно стала приходить в упадок. Она заселялась инородцами: арабами, армянами, персами, евреями. Они за бесценок скупали недвижимость и землю и создавали здесь свои колонии. Константинополь превратился в гигантский мегаполис-паразит, высасывающий соки из собственной страны. А враги, обсевшие Византию, общипывали ее со всех сторон.
Приходили и уходили цари и правители Но их все это мало волновало. Они погрязли в политических интригах: делили теплые места и пустующие земли, искали новые способы обогащения.
В это время в Малой Азии возникло новое турецкое — Османское — государство. Как всякое молодое государство, оно жестко придерживалось политического единства и строгой дисциплины. Византии молодое государство казалось совсем не опасным и его даже, как союзника, стали привлекать для участия в войнах. И османы исправно справлялись с порученным делом.
Но однажды, в 1354 году, они вдруг переправились на лодках через Дарданеллы, обосновались в Галлиполи и оттуда стали заселять Фракию и Македонию. Правители Византии только тогда спохватились, но было уже поздно. К османам стали переходить греческие архонты, превращаясь в турецких баев. Им сдавались без сопротивления целые города.
Последним императором Византии стал Константин Двенадцатый — храбрый солдат и никакой политик. В 1453 году турки обложили Константинополь с суши и с моря, но никто не пришел ему на помощь. Все союзники и вассалы Византии поспешили заверить султана в своей лояльности.
Тогда Константин призвал к оружию двухсоттысячное население города. Но откликнулись всего лишь пять тысяч. Кроме добровольцев из местных жителей на помощь императору пришла дружина наемников и отряд иностранных моряков. Они отчаянно сражались, отбили несколько атак. Но силы были не равны.
29 мая 1453 года турки ворвались в город. Император и его соратники погибли, Жителей, которые прятались в домах, турки частично вырезали, а шестьдесят тысяч продали в рабство.
Вот и все о Первом и Втором Риме, который еще назывался Великой Византией.
Кто виноват в их гибели? Не ищите виновников извне. Их погубили собственные правители, олигархи, воры, коррупция, взяточничество и деградация населения.
Котляревский смолк. Врангель и Кутепов тоже стояли в задумчивости, осмысливая услышанное или наблюдая за тем, что происходит на берегу.
«Херсон» и «Саратов» продолжали разгружаться. Солдаты и матросы в серой холщевой робе, как муравьи, сгружали с транспортов в шлюпки неподъемные тюки, ящики, коробки, бочки, перегружали их на пирс, другая команда принимала все это и по крутым ступеням поднимала наверх.
А на берегу, неподалеку от сложенных штабелей, лениво прохаживались зуавы в песочного цвета форме и тоже внимательно наблюдали за разгрузкой.
— Шпионят, что ли? — спросил Врангель.
— Любопытствуют, — сказал Кутепов. — Тут после месяца серой жизни можно застрелиться. Корову привезут, и на нее весь город смотреть сбежится. Скука. Она-то больше всего будет разлагать армию.
— Не знаете, что делать?
— Догадываюсь. Муштра. С утра и до вечера. Чтоб не было времени скучать.
— Правильно догадываетесь, — слегка улыбнулся Врангель и повернулся к Котляревсому: — Назидательная история, Николай Михайлович.
— И я — о том же. Очень жаль, что Россия не извлекла для себя никаких уроков из гибели римских империй. Параллелей очень много.
— Но хотелось бы послушать о проливах.
— Я помню. Дойдем и до них. В угоду мечте о проливах Россия на протяжении трех веков приносила неисчислимые жертвы, которые и привели ее к экономическому краху и бунту, который назвали теперь революцией. Я мог бы это доказать, если бы у нас было еще немного времени.
— Мы никуда не торопимся. Рассказывайте, Николай Михайлович! Когда-то еще нам доведется услышать нечто подобное в таком исполнении! — горячо попросил Кутепов, при этом умоляюще глядя на Врангеля.
— Нам тоже особенно спешить некуда, — согласился Врангель. — К завтрашнему обеду поспеем.
